Бывший привязанный без труда вырубил его одним ударом. Уж это он умел делать лучше, чем вы завариваете свой утренний кофе. Разбондяй тут же грохнулся и спекся. Чтобы успокоить нервы, бывший привязанный пнул его стулом, негромко приговаривая:

– Секс, кекс, брекекекс!..

Но быстро устал после всего пережитого, снял с упавшего брюки, свитер и ботинки и, покачиваясь, спустился по лестнице. Время от времени его губы что-то беззвучно шептали, словно угрожали невидимому врагу. На самом деле они произносили три буквы и три цифры: «к 217 ет».

6

В это время авто, зарегистрированное под цитируемым номером, выдохнуло из выхлопной трубы очередной клуб дыма, пытаясь вписаться в один из стремительных потоков, густо наполняющих столичные улицы. С хрюканьем переключилась скорость. Надо было как-то компенсировать недостатки изношенного транспортного средства, у которого в коробке передач зуб на зуб не попадал, и компенсировать это, по мнению Марчелло, можно было бойкой ездой. Иностранцу из какой-нибудь благополучной страны достаточно послушать, как у нас люди разговаривают друг с другом или увидеть, как у нас ездят на машинах, чтобы понять: так может вести себя только народ, который решительно не хочет быть счастливым. Дети с мороженым переходят улицу – ни одна сволочь не притормозит. Наши улицы, как известно, полны владельцев машин, которые терпеть не могут, когда кто-то едет не так, как они считают нужным. И тогда они выражают свой праведный гнев доступными способами: пугая гудками и фарами, подрезая на полной скорости и делая другие тому подобные гадости. При этом они напрочь забывают о секретах природы, которым их учили в школе на уроках физики. В память о тех, кто считал себя выше элементарных физических законов, развешены веночки на столбах вдоль автодорог. А еще – женщины за рулем! Особенно те, которые позавчера получили в подарок от богатого мужа или любовника свое замечательное авто, а вчера узнали, сколько у него в полу педалей. Вы читали французский роман «Дама в темных очках и с ружьем в автомобиле»? У нас вполне пора сочинять еще один: «Дама без мозгов и с выпученными глазами в автомобиле»… Короче, покажи мне, как ты водишь машину, и я скажу тебе, кто ты. С другой стороны, одних ли водителей нужно обвинять? На Севастопольском проспекте видели, как светофоры отрегулированы? Стартуешь на зеленый – через триста метров непременно попадаешь на красный. И так – не меньше четырех раз. С большим мастерством сработано. А это, надо сказать, тоже не способствует смягчению общественных нравов…

Не желая выглядеть хуже других, Марчелло погнал свое транспортное средство изо всех сил и не притормозил даже, когда впереди над дорогой взошло красное солнце светофора. Скоро пассажирам ободранных «Жигулей» стало казаться, что машины вокруг еле ползут, не машины, а бегемоты какие-то.

– Что же мы так медленно ездим по родной стране! – картинно возмущался Марчелло этими увальнями, вертя руль.

Впрочем, возмущался он до тех пор, пока мимо с мигалкой и джипом охраны не пронеслись еще быстрее Большие Деньги, подвинув его драндулет в сторону. Но даже это не облагоразумило нашего героя и не уменьшило его стремления прокатиться с адреналинчиком. Поэтому он только озлобился, когда сзади снова появились какие-то огни и тоже стали обгонять, наседая на левый борт. Марчелло слегка уступил, оправдавшись:

– У него бампер – только бодаться таким.

Бампер снова стал наседать, оттесняя Марчелло вправо. Марчелло ругнулся:

– Блендамет!.. – после чего ему пришлось взять еще немного к тротуару, но скорость он не сбавлял и старался противнику не уступать: в этом мире если ты вежлив и добр, значит – слаб и труслив.

Тот, что на них наехал, придерживался, очевидно, той же философии.

– К-куда его несет? – от волнения прорезался вдруг голос у Молчаливого Джо.

Котя и Чуча выразили примерно такое же недоумение отчаянными взвизгами. Почти тут же Марчеллины «Жигули» и то авто, которое на них наседало (а это был джип, похожий на огромный черный башмак), завизжали тормозами и уткнулись в бордюрный камень.

– П-почему он так на нас, а? – снова простонал Молчаливый Джо, на что Марчелло по гаерской привычке отозвался:

– Могу объяснить, но только матом.

Бестолковая и опасная гонка закончилась, но джип, который прижал их к тротуару, был все еще тут и загораживал простор. Можно было бы, конечно, униженно отъехать задним ходом, что было бы вполне разумным решением. Но у умных мыслей есть одно слабое свойство: они легко испаряются. А мы к тому же имели возможность убедиться в том, что Марчелло порой бывал наглым, как телевидение.

– Горю желанием все же спросить, в чем дело, – сказал он, высовывая ногу в московскую сырую ночь.

– Может, не надо? – предложила Котя. – У него один руль стоит больше, чем вся твоя тачка.