Читаем Круто закручено полностью

– А теперь, Татьяна Александровна, займемся делом, – предложил он. – С чего начнем: провести вас по лабораториям или подробно изложить суть происходящего?

«Начнем с сути», – решила я. Но ничего принципиально нового не услышала.

– Материалы исследований, вероятно, хранятся в этом железном сундуке? – поинтересовалась я, внимательно выслушав Вересова.

– Да, все окончательные материалы находятся здесь, в сейфе.

Сейф тоже был старый, наверное, ровесник пыльным шторам, изделие времен расцвета застоя. Большой, солидный, но несуразный какой-то. Вскрыть такой сейф специалисту – делать нечего.

– У кого имеются ключи от него?

– Только у меня, – сообщил шеф «Химсинтеза».

– А если кому-то надо просмотреть материалы? Насколько я себе представляю вашу работу, потребность в этом должна постоянно возникать.

– У нас принято, что только я могу выдать материалы. И сотрудник просматривает их здесь, в моем присутствии.

– Но это же очень неудобно.

– Зато надежно…

– Как оказалось, не очень-то и надежно…

– К сожалению, – вынужден был согласиться Вересов.

– А сделать второй ключ можно?

– Его ведь можно сделать только по основному, а его я никому в руки не давал.

– Так ли? А когда уезжаете или болеете… Кому на это время вы передаете ключ?

– Я никуда не уезжаю и никогда не болею.

– Вы ни разу не ощущали, что кто-то без вашего ведома заглядывал в сейф? А то ведь сейфы, случается, вскрывают и без ключа.

– Никогда. Если бы такое случалось, я бы сразу заметил. У меня там, знаете ли, определенный порядок.

– То есть вы полагаете, что в сейф забраться никто не мог.

– В этом я уверен. И уверен в том, что утечка информации есть.

– Понятно. Тогда давайте знакомиться с вашей фирмой…

Вначале мы прошлись по всем кабинетам. Вересов показал мне бухгалтерию. Потом небольшую комнату, где за столами сидели четыре немолодых дамы и что-то писали. Когда мы вошли, все четверо, как по команде, оторвались от работы и с любопытством уставились на нас.

– Здесь у нас ведутся теоретические разработки, – пояснил глава «Химсинтеза», и мы тут же покинули комнату с дамами-теоретиками.

Побывали мы также на складе реактивов, в комнате, где были собраны полуфабрикаты и образцы продукции, разработанной фирмой. А потом отправились в лаборатории. Их было две. Две довольно большие комнаты с громадными вытяжными шкафами, заставленные длинными столами и полками, на которых разместились сотни различных бутылочек, колбочек, пробирок, реторт и прочих, не знаю как их назвать, стеклянных сосудов самых причудливых форм и немыслимых конфигураций. А за столами в белых халатах стояли или сидели работники лабораторий и что-то делали. Что именно, не знаю. Одни что-то подогревали, другие что-то с чем-то смешивали, третьи рассматривали что-то в микроскопы, четвертые записывали что-то в большие тетради… В общем, все были очень заняты, у всех был очень умный и серьезный вид, и на нас никто не обращал внимания. Хорошо, что я не пошла учиться на химфак. Сколько бы меня ни учили, я все равно бы не разобралась в такой умной науке, как химия.

Экскурсия на этом закончилась, и мы вернулись в кабинет Вересова.

– Что они там записывают? – поинтересовалась я. – В лабораториях, куда мы заходили, некоторые что-то записывали в большие тетради, – я теперь каждую запись считала потенциальной возможностью раскрыть секреты фирмы.

– Это результаты отдельных опытов.

– Все они связаны с вашим новым волокном?

– Нет, что вы. Мы ведь работаем не только над этим волокном. У нас целый ряд оригинальных разработок и с волокнами, и с пластмассами. Специалисты проводят опыты и заносят в специальные тетради записи о результатах.

– А по этим записям можно узнать что-нибудь о процессе создания нового волокна?

– Нет, конечно. Это ведь просто результаты отдельных опытов. Понимаете, как отдельные страницы книги. Каждую из них можно прочесть, но представления о книге они не дадут. А вот если собрать их все и разложить по порядку, тогда и получится книга. Так и здесь: если результаты всех опытов проанализировать и выстроить в определенном порядке, становится ясно, чего мы добились. Но такое происходит только на уровне нашего технического директора. Эту должность занимает очень опытный специалист Евгений Константинович Чернов. Он занимается анализом.

– А в этом Чернове вы уверены?

– Татьяна Александровна, я скорей заподозрил бы самого себя, чем его. Он не только прекрасный специалист, но и человек высочайших моральных принципов. Мы с ним основатели этой фирмы. У него светлейшая голова, именно поэтому он стал техническим директором, а я – только директор-организатор. Все исследования на его плечах, и он более всех остальных заинтересован в приоритете нашей фирмы. Кстати, идея создания нового волокна – наша совместная идея. Причем, откровенно говоря, более его, чем моя.

– А сотрудники, работающие конкретно над волокном… Кого-нибудь из них ваши конкуренты подкупить могли?

– Знаете, Татьяна Александровна, в основном это очень порядочные люди. Но теоретически рассуждая – могли. За каждого я поручиться не могу.

– Значит, среди них и надо искать утечку…