Читаем Кровавый триптих полностью

На следующее утро я проснулся от настойчивых взрывчиков, сотрясавших мои внутренности. Я выбрался из постели, погрузил одеревеневшую голову под струю холодной воды из-под крана и дождался, пока она немного помягчеет. Потом я принял душ, побрился, выпил полбанки томатного сока и отправился к себе в офис. Моему настроению соответствовал бы промозглый дождливый лень, но уж коли наступает невезуха, то не везет по-черному, сами знаете. День выдался чудесный — теплый и ясный. В небе нагло изгилялось огромное желтое солнце.

Обстановка в офисе была куда лучше. Я появился там в половине первого и не обнаружил ни записок, ни писем, ни чеков, ни клиентов, а моя смертельно-бледная Миранда, моя секретарша, стала жаловаться на расстройство желудка. Я отпустил её домой. Она переключила свой коммутатор на мой аппарат и ушла. Мне естественно, оставалось только одно: взять такси, доехать до площадки для поло, раздеться и пойти загорать на левом поле. И я вознамерился именно так и поступить. Я выключил свет, вырубил коммутатор и, позвонив в секретарскую службу, попросил их позаботиться о моем бизнесе. Открыв дверь в коридор, я столкнулся с Лолой Сазерн.

— Уходите или только пришли? — спросила она.

— Как вам будет угодно.

— Уж и не знаю, как мне к этому отнестись.

— Опять могу повторить: как вам будет угодно.

— Я хотела пригласить вас на прогулку.

— Отлично. Я собираюсь уходить.

— Куда?

— Куда прикажете, мисс Сазерн.

Я проследовал за ней к лифту. Мы спустились вниз, и я распахнул перед ней дверь парадного. На ней был бледно-голубой костюм и голубые босоножки на высоких каблуках, с немыслимо сложно переплетенными ремешками. Ее изящные и тонкие лодыжки плавно переходили в полненькие мускулистые икры. Свои золотистые волосы она собрала сзади в конский хвост, который болтался, касаясь плеч. Ее походка безошибочно выдавала события прошлой ночи: она шагала, слегка покачиваясь, но достаточно заметно, чтобы вынудить стоящих в вестибюле мужчин проводить её многозначительными взглядами и сложить губы в безмолвном присвисте.

Перед парадным, прямехонько под знаком «Стоянка запрещена», стоял кадиллак с откидным верхом — последняя модель — черный и блестящий.

— Это мой, — заявила она.

— Это ваш?

— Ну да.

— Неплохо.

Она села за руль, а я устроился рядом с ней.

— Видите, я рисковала получить штрафной талон. Вот как мне необходимо было увидеть вас.

— Вы же могли позвонить.

— Но я не могла бы умыкнуть вас — по телефону.

Мы довольно долго мчались в северном направлении и наконец оказались на обсаженном тенистыми деревьями шоссе Уэстчестера. Я спокойно сидел, откинув голову на мягкие подушки, курил и молчал. Наконец Лола Сазерн произнесла:

— Вам не интересно, куда мы едем?

— Мне и так хорошо — рядом с вами.

— Странный вы тип!

Молчание. Я чуть приподнял голову и выглянул из окна. Мы ехали к Коннектикуту.

— Мне следует извиниться за вчерашнее, — сказала она.

— Извиниться? За что?

— Я наклюкалась. Сильно наклюкалась.

— Да и я нельзя сказать чтобы был трезв. Послушайте, можно задать вам вопрос?

— Валяйте.

— Чем вы занимаетесь?

— Что значит чем?

— Ну, чем зарабатываете на жизнь?

— А! Я занимаюсь нырянием в воду.

— Просите, не расслышал.

— Нырянием в воду.

Я некоторое время переваривал эти слова, потом швырнул сигарету в окно и сказал:

— То есть вы, значит, надеваете маску, ласты и разглядываете рыб на глубине?

— Нет, ни маска, ни ласты мне не нужны. Я надеваю только купальник, забираюсь на вышку и прыгаю в воду. Очень красиво.

— И этим вы зарабатываете себе на жизнь?

— Я начала заниматься прыжками просто потому, что мне это нравилось. Теперь я профессионал. Прыжки в воду приносят мне неплохой доход.

— И этот кадиллак куплен на те деньги?

— Нет. Это совсем другая история.

— Предназначенная для моих ушей?

— Да.

— Я весь внимание.

— Не сейчас.

Обожаю слушать всякие истории. Когда на горизонте частного сыскаря появляются молодые леди, снимают его с насиженного места, сажают в новенький автомобиль и везут по живописным сельским автострадам, давая ему возможность подышать здоровым свежим воздухом, все их истории как правило имеют прямое касательство к частному сыску — а я лучший в мире слушатель историй, имеющих самое непосредственное касательство к частному сыску. Но моя леди сказала: «Не сейчас» — так что я отбросил всякие меркантильные соображения. И заметил:

— Прыжки в воду. Боже мой, милая моя, я мечтаю как-нибудь взглянуть на вас.

— Еще взглянете.

— И когда же?

— Очень скоро. Мы как раз туда едем.

— Мы будем прыгать в воду?

— Не мы — я. В будущем месяце открывается новое водное шоу. Я там одна из главных выступающих. У коротышки, который организует это шоу, есть потрясающее имение в Оук-Биче. Знаете Оук-Бич?

— Это где-то около Вестпорта?

— Именно. Там у него шикарное имение. Плавательный бассейн и все такое прочее. Сейчас он в Европе, но он мне разрешил пользоваться этим бассейном в любое время. Для тренировок.

— А раньше вы там бывали?