Читаем Кровавые легенды. Европа полностью

– Весело было с папой? – спросила Лиза, помешивая спагетти.

– Ага, – засопела Анянка из коридора. – Мы ели гамбургеры и катались на колесе.

– Что он тебе там подарил?

– Не смотри! Не готово!

– Не смотрю… – Лиза потыкала вилкой в сосиски и выключила газ. За окнами стемнело. Лиза подумала о месте, где всегда светит солнце, и о непривычной прохладе, которой подуло с лугов, словно лето, длившееся десятилетиями, наконец заканчивалось. Осень пришла вместе с черным куполом шапито. Что там внутри?

Лиза недолюбливала цирки, студенткой участвовала в акции, призывающей бойкотировать шоу с животными, и в контактный зоопарк не пошла бы, если бы не Анянка: было до слез жаль медвежат, лис и сов, которых эксплуатировали ради постов в социальных сетях.

Но любопытство брало верх. Будет ли разбит шатер, когда Лиза снова перенесется, или он исчезнет, как куртка, мятная жвачка и носки? Полчаса бы хватило, чтобы заглянуть в шапито одним глазком.

Лиза вспомнила женскую фигуру на Холме восемь лет назад. Тогда она решила, что это душа мамы. Может, луга – что-то вроде загробного мира? Может, лишь сейчас страна вечного полудня решилась приоткрыть пред странницей завесу тайны?

– Я познакомилась с тетей Лерой, – сказала Анянка, шурша в коридоре.

– С кем? – Лиза сняла кастрюлю с плиты и понесла к раковине.

– С папиной женой.

Пар ударил в лицо, Лиза поморщилась.

– А, с этой. Она не папина жена.

– А кто?

«Прошмандовка, – подумала Лиза, но сразу укорила себя: – Лера эта ничего плохого не сделала, с Глебом сошлась уже после развода. А злишься ты из-за ее задницы».

Задница, судя по аккаунту Леры, Глебу досталась отменная, а Лизина пятая точка не вмещалась в прошлогодние джинсы.

«Нужно сесть на диету», – подумала Лиза.

– И как тебе… тетя Лера?

– Очень классная. Красивая и смешная.

– Спасибо за солидарность. Ты скоро?

– Готово! – Анянка подбежала к Лизе, облаченная в синий с серебряными полосками карнавальный костюм и колпак, украшенный звездами. Глеб, как обычно, ошибся с размером: костюм был дочери тесен, – но Лиза промолчала.

– И кто же это у нас такая?

– Великая волшебница! – Анянка взмахнула пластмассовой палочкой. Лиза не любила цирк не только из-за эксплуатации животных. Из-за фокусников тоже. Фокусники были лжецами.

Абракадабра, швабра-чупакабра! И смотреть, и пробовать!

В памяти всплыл зыбкий, занавешенный туманом прошедших лет приморский городишко. Ларек «Гюмри» – выпечка из тандыра. Креветки, рапаны в подсолнечном масле, кому рапанов! Забитый общественный пляж, обшитые сайдингом хибары, облупившийся дельфин на постаменте. И Королевство гниющих водорослей под осклизлой бетонной трубой. И волшебник, расстегивающий молнию на детских штанах. Абракадабра, юная леди.

Лиза заставила себя улыбаться дочери.

– Ты знаешь какие-нибудь заклинания? – спросила Анянка.

– Алохомора, – вспомнила Лиза из «Гарри Поттера». – Экспеллиармус.

– Пискасиамус! – воскликнула Анянка, ударяя палочкой по левой руке. Большой палец был толстым, длинным и желтым. Анянка оторвала его, забыв загнуть настоящий пальчик. – Поразительно! – с замечательной картавинкой похвалила она саму себя.

– И как же ты это сделала? – удивилась Лиза. Анянка не стала хранить профессиональный секрет.

– Он резиновый! А еще, а еще! – Она сбегала в коридор и принесла зеленую коробочку и игральную кость. – Кладем внутрь! Шепчем заклинание… пшстш вшстш! Открываем! Ой!

Кость была на месте.

– Золотце…

– Второй раз получится!

Не получилось.

– Золотце, садись кушать. Разберемся с реквизитом после ужина, хорошо?

– Хорошо. Я просто палочкой не махнула.

Лиза сняла с дочери колпак, разрешив ужинать в костюме. Подала кетчуп, налила себе кофе. Нежданная вспышка – а разве она бывала «жданной»? – перебила аппетит. Хотелось побыстрее рухнуть в кровать.

– А у тебя во сколько лет появился мобильный телефон? – спросила Анянка, ковыряясь вилкой в спагетти. И так как вопрос этот задавала в сотый раз, сама же и ответила: – В тринадцать, правда? А одной девочке уже в десять лет подарили телефон.

– Тебе не десять, – заметила Лиза. – И ты его потеряешь сразу.

– Да, потеряю. – Анянка убрала за ухо локон. – Знаешь, что я думаю, мам? Думаю, не надо клянчить. Надо просто ждать своего времени.

– Правильно думаешь.

– Надо подождать. – Анянка кивком подтвердила свои умозаключения. – Ну, ты знаешь, что… ну вот… ты знаешь, что я уже знаю, какой в моем телефоне будет пароль?

– Какой?

– А вот такой. Десять, девяносто три, сто восемьдесят четыре, восемьдесят пять.

– Ты сама-то такой пароль запомнишь?

– Ну, я на самом деле не знаю. – Анянка засмеялась и показала маме вилку. – Смотри!

Столовый прибор стал сгибаться в пальчиках Анянки. На глазах Лизы нержавейка деформировалась, перекручивались зубцы, к которым прилипла красная от кетчупа спагеттина.

– Ого, – сказала Лиза. – Как ты это делаешь?

– Это фокус, – радостно выпалила Анянка.

Сталь опускалась, как лента из фольги. Абракадабра, Нео.

– Погоди. Тебя папа научил?

– Нет. Я не знаю.

– Перестань. – Лизе совсем не нравилось это представление. В нем было что-то в корне неправильное. Дурное.

– Но я не могу.