Читаем Кромка. Дилогия полностью

— Зря, — ведьмак опять усмехнулся: — Ключи огромная редкость и они бывают нескольких типов. Стационарные — большие артефакты, как правило, рунные камни, зиккураты или лабиринты. Конфигурация зависит от того, кто строил переход. Подобные ключи держат врата открытыми постоянно и позволяют перемещаться не только на другую планету, но и в пределах мира, где он построен. Кроме того, есть переносные ключи. Они меньше и пригодны для транспортировки. Создавались для строителей, которые ставили стационарные переходы, и торговых караванов. Выглядит, опять же, словно рунный камень весом до ста килограмм. Но самые ценные — индивидуальные, в форме браслетов, для близких слуг богов. Они впитываются в тело живого существа, взаимодействуют с ним и, при должной подготовке, дают ему власть над порталами. Правда, ограниченную. По сути, впитавшее такой ключ существо само становится артефактом.

— А как давно кто‑либо открывал портал на Землю?

— По слухам, это произошло четыреста лет назад, где‑то далеко на востоке. Подробности неизвестны. А в наших краях последний портал открывался почти восемь веков назад в Кирте, что за Чугай — лесом.

— Это там, где демоны ведут раскопки?

— Именно.

— Скажи, учитель, почему в анклавах людей так слабо развито производство? Во всех Перуновых горах только три слабые гидроэлектростанции, в Преображенском анклаве, в Каменце и в Алексеевской республике. Оружейных заводов мало и они выпускают ограниченное количество боеприпасов, используя старые станки. Нет нефтяной переработки и других важных производств. Отчего так?

— А сам, что по этому поводу скажешь?

Я задумался, помолчал и сказал:

— Наверное, это связано с тем, что земляне не хотят нашего усиления.

— Вот видишь, — он кивнул, — ты сам ответил на свой вопрос. На той стороне находятся люди, для которых торговля с нами стала наследственным бизнесом. Они получают редкие зелья, золото и драгоценные камни, серебро и меха. А взамен посылают нам старое оружие и боеприпасы, которые необходимы анклавам для выживания. И если они продадут нам станки, мы сможем получить самостоятельность, и они потеряют рычаг давления на нас. Цены на оружие упадут, и торговцы лишатся сверхприбылей. Логично?

— Да. Но…

— Хватит вопросов.

Он оборвал меня и указал на дверь…

Спорить и возражать нельзя. Я вышел, а следом Сыч, который смерил меня оценивающим взглядом и сказал:

— Выходим утром. Возьми оружие, теплые вещи и запас продуктов на неделю.

— Сыч, а куда мы пойдем?

— Наша задача — сопровождение Ирика. Окажем ему помощь в поисках золотых пещер князя Симеона, а то вскоре за новую партию товаров землянам платить, а в казне шаром покати. Что у преображенцев пусто, что у Вадима. Опять же организация большого похода дорого обойдется. Купцам за боеприпасы, снаряжение и продовольствие заплати, чиновникам подарки сделай и повольникам аванс выдать нужно.

34

— Пи — пи! Пи — пи! — металлоискатель сканировал грунт и, судя по всему, я нашел что‑то серьезное. Кусок металла больше метра, возможно, что‑то интересное.

Лопата впилась в грунт. Размахнись рука, раззудись плечо. И вскоре штыковая лопата коснулась металла.

«Есть! Нашел!» — обрадовался я, расширил яму и нагнулся.

Что ожидал увидеть? Конечно же, что‑то ценное. Однако меня ждало разочарование. На глубине в восемьдесят сантиметров находились два сплющенных в лепешку ржавых ведра.

«Хреновый результат, тоже результат», — подбодрил я себя, вытащил ведра, откинул их в сторону и опустил в яму металлоискатель.

Ничего. Пусто. Под ведрами обычная земля и я снова стал нарезать круги по поляне, с которой начал поиск.

Металлоискатель впереди. Взмах влево, взмах вправо и шажок. Слабый писк. Наверняка, мелкий кусочек металла, возможно, гвоздь.

Взмах вправо, взмах влево. Тишина. Шажок.

Взмах вправо, взмах влево. Тишина. Шажок.

Работа шла спокойно. Никто не мешал, и я думал о своем…

Хорошо экипированный отряд Ирика, пятнадцать воинов и мы с Сычем, покинул Норброд пять дней назад, вышел за пределы Преображенского анклава и вдоль западного склона Перуновых гор двинулся к цели. Время зимнее, но погода хорошая, снега немного, а температура воздуха минус три — четыре по Цельсию. Спора нет — климат на Кромке мягче, чем на Земле. Хотя материк, на котором мы находимся, близок к экватору. Может быть, сказывается этот факт.

Пещеры князя Симеона, в которых, предположительно, много золота, уже недалеко. И завтра, если Ирик Бородин не ошибся, мы будем на месте. А пока привал вблизи развалин старого зеленогорского острога и, выпросив металлоискатель, я решил попытать счастья. Прибор хороший, после армии хотел такой купить, но не сложилось, постоянно не хватало денег. Однако мечта поискать клад осталась и на Кромке она осуществилась. Причем вдвойне. Можно с металлоискателем походить, а потом спуститься в легендарные пещеры и обнаружить груды золота. Разумеется, если они существуют.