Читаем Кризис полностью

Япония 1853 года сильно отличалась от сегодняшней Японии, и даже от самой себя в 1900 году. Отчасти подобно средневековой Европе, Япония 1853 года все еще была феодальным иерархическим обществом, разделенным на домены, которыми управляли местные лорды – дайме, чьи полномочия превосходили полномочия средневекового европейского феодала. На вершине власти стоял сёгун (см. источник 3.1) из династии Токугава, которая правила Японией с 1603 года и контролировала четверть рисовых полей страны. Дайме требовалось разрешение сёгуна на женитьбу, на переселение, на возведение или ремонт замка. Еще их обязывали, в урочные годы, привозить свою свиту и селиться в столице сёгуна, не считаясь с расходами. Разумеется, это приводило к росту напряженности в отношениях между сёгуном и дайме, а прочие проблемы Японии при Токугава возникали вследствие растущего разрыва между расходами и доходами, все более частых восстаний, урбанизации и увеличения численности торгового сословия. Но сёгуны Токугава справлялись с этими вызовами и оставались у власти 250 лет, причем в истории островов не было такого момента, когда бы их положение оказывалось под угрозой. Потрясение, которое привело к их свержению, было внешним и пришло с запада.

Истоком для западного давления на Японию послужило западное давление на Китай, где производилось намного больше товаров, желанных для Запада, чем в Японии. Европейские потребители особенно жаждали чая и шелка, но Запад мало что мог предложить взамен, и европейцам приходилось компенсировать этот торговый дефицит поставками в Китай серебра. Чтобы предотвратить собственное «обескровливание», британские торговцы придумали блестящий план: доставлять в Китай дешевый опиум из Индии и продавать его по ценам ниже внутрикитайских. (Нет, эта британская политика вовсе не является выдумкой клеветников-антизападников; так все и было в действительности, и об этом следует помнить, желая понять восприятие Запада современным Китаем.) Китайское правительство отреагировало ожидаемо, признав опиум опасным для здоровья, запретив его ввоз и потребовав от европейских контрабандистов сдать весь товар из трюмов кораблей, что стояли на якоре у берегов Китая. Великобритания заявила, что эта реакция является незаконным ограничением свободы торговли.

В итоге вспыхнула Опиумная война 1839–1842 годов между Великобританией и Китаем, первое серьезное боестолкновение китайских и западных вооруженных сил в истории. Хотя Китай был намного больше по площади и превосходил противника по численности населения, выяснилось, что британские флот и армия намного лучше оснащены и обучены. Как следствие, Китай потерпел поражение и был вынужден пойти на унизительные уступки, заплатить изрядную сумму победителям и подписать договор, открывавший пять китайских портов для британских торговцев. Затем вмешались Франция и США, добившиеся для себя аналогичных условий.

Узнав о событиях в Китае, японское правительство сочло, что в очень скором времени какая-либо западная держава потребует заключения подобного договора на открытие портов Японии. Так и случилось в 1853 году, а в роли западной державы выступили США. Причина, по которой именно США из всех западных держав стали первыми, кто начал принуждать Японию к сотрудничеству, заключалась в завоевании Калифорнии (у Мексики) в 1848 году; было обнаружено золото, что обернулось резким увеличением объемов судоходства вдоль тихоокеанского побережья. Число рейсов американских китобоев и торговых судов по Тихому океану также возросло. Время от времени некоторые американские корабли терпели крушение, и порой это случалось в водах поблизости от Японии; тех моряков, которым повезло добраться до берега, в Японии убивали или сажали в тюрьму, как предусматривалось изоляционистской политикой сёгунов Токугава. А США хотели, чтобы эти моряки могли рассчитывать на защиту и помощь (и хотели закупать уголь в Японии).

Поэтому президент США Миллард Филлмор направил в Японию коммодора Перри с флотом из четырех кораблей, в том числе двух боевых паровых кораблей, безоговорочно превосходивших все японские военные корабли того времени. (Япония не знала ни пароходов, ни даже парового двигателя.) 8 июля 1853 года Перри без приглашения зашел в бухту Эдо (ныне известную как Токийский залив), проигнорировал требование удалиться, передал письмо президента Филлмора с фактическим ультиматумом и прибавил, что вернется за ответом в следующем году.