Читаем Кривич полностью

Каждый день проходили многочасовые ратные учения, потому что воин, даже вооруженный великолепным оружием, бессилен против опытного противника. Монзырев и сам каждый вечер брал уроки у Улеба. Учился работать мечом, боевым топором и копьем. С его базовой подготовкой, учеба шла легко. Учитель старался передать все приемы и навыки, которым за долгую жизнь научился сам. Ну а Монзыреву, как боярину, грешно и стыдно перед людом чего-то не знать, или хуже, чем кто-то, уметь. Вот и корячился изо дня в день, постигая гранит воинской науки средневековья.

Само войско готовилось не по типу ополчения, а профессионально. Летом кочевник не будет спрашивать, умеешь ли ты воевать. Варяги, в приказном порядке заставили всех носить кольчуги, не снимая их, воин должен привыкнуть к тяжести своей второй кожи. Спасибо Туробою, заштопал трофейную бронь и подогнал под каждого.

Продолжив свою прогулку, Монзырев остановился у складских изб. Сделанные на совесть, длинные бревенчатые ангары не имели окон вообще. На дверях висели амбарные замки, ключи от которых хранились у боярыни Галины. Так положено было в эти времена. Хозяйка ведала тылом. Как знал Анатолий, внутри был идеальный порядок, за продовольствие и имущество крепости он мог быть спокоен. К тому же, Галка подобрала себе штат помощников, в основном женщин, строго спрашивала с них, если что было не так.

Единственное, чего не мог понять он, так это то, что по настоянию Вестимира, складов было построено не два, как он планировал, а три. Третий ангар стоял пустым и по сию пору. На вопрос: «Зачем?», волхв спешивший по своим делам, отмахнулся, только сказал: «Поверь, он лишним не будет».

Под складами, для экономии внутреннего пространства веси, находились вырытые погреба, сооружения немалой площади с деревянными перекрытиями, засыпанными землей, с ледником. В них хранились копчености и соления, заготовленные общинниками или купленные у соседей, и это то-же Галкино хозяйство.

В самом углу, примыкая к крепостной стене, поставлен постоялый двор, по эскизу Андрюхи, два раза побывавшего в Курске и поделившегося с Галиной своими ассоциациями о нем. Второй этаж был отдан под гостиницу, ну а на первом, «ресторан». В обустройство первого этажа были внесены существенные коррективы, как самим Монзыревым, так и его окружением, прибывшим из будущего вместе с ним. Ну, во-первых, открыв входную дверь заведения, человек попадал не сразу в обеденный зал, а в широкие сени, служившие для того, чтобы зимний холодный воздух не попадал дальше проходной комнаты. Сам обеденный зал отапливался двумя большими печами, стоявшими у стен по бокам комнаты. Сразу за ними пристроены лестницы, ведущие на второй этаж. У стены напротив входной двери, поставлена стойка, по типу барной с широкой столешницей, с наружной стороны которой стояли высокие табуреты, сделанные из дерева. Справа от стойки, из речных голышей был выложен камин, выполнявший как отопительную, так и эстетическую функцию — для красоты. У стены с окнами, торцами к ним, поставлены столы с лавками на сто посадочных мест. Отделку помещения производила бригада местных плотников. Подосвободившись от общественных работ, плотники переквалифицировались в отделочников. А неуемный Горбыль нашел дедка, в свое время пешком пришедшего с бывшей северянской веси, чудом оставшегося в живых в ту злополучную ночь. Так вот, этот дедок Буня, с подачи Горбыля, стал заправским таксидермистом. И уже две кабаньи головы украшали стены зала. А на данный момент, дед работал над головой лося. С тыльной стороны здания имела место пристройка, с большой, в половину помещения, печью и открытым камином с вытяжкой — кухня. Запустить в действие постоялый двор Монзырев планировал к приезду в селище черниговского князя. Так сказать, пустить пыль в глаза.

Налюбовавшись на дело рук своих, Толик тихим шагом двинулся дальше, отмечая себе то, что улицы городища очищены от снега. Все-таки армейские привычки въелись в него основательно.

Навстречу от северных ворот бежал Мишка.

— Дядя Толя, — еще издали, звонко закричал он.

Полгода жизни в экологичном мире, внесли коррективы во внешность и повадку паренька.

— Дядя Толя. — Запыхавшийся малец перевел дыхание. — Там к воротам мужики не наши на санях подъехали. Наши их тормознули. Разбираются, чего хотят.

— И много саней?

— Да много. Тебя спрашивают.

— Ну, пойдем, Мишаня, посмотрим, кого нам бог послал.

Скорой походкой оба направились к воротам.

У ворот Монзырева встретил Андрюха с озабоченным видом.

— Николаич, это беспредел какой-то. Ну, всякое можно было подумать, но чтоб приехать и требовать принять от них дань, это просто что-то.

— Не торохти, разберемся сейчас.