Читаем Крик души полностью

Когда Алексей привел меня к ней, я думал, что расплачусь там, в этом сыром, сером, подвальном помещении. Прямо перед ним. И плевать, что обо мне может подумать этот ублюдок. Мне, действительно, было все равно. Засмеется? Воля его. Будет паясничать и насмехаться? И что с того?! Я был уверен, что если он хотя бы рот откроет, я не сдержусь и, схватив его за грудки, вытряхну из него душу. Я и так долго сдерживался, чтобы при виде потрепанной, испуганной, смотрящей волком Дашеньки, сдерживаться еще и в том, чтобы не расквасить ему физиономию! За то, что сделал. За то, что он чуть было не сотворил с моей малышкой! Мне хотелось его убить!

И я бы убил, наверное. Если бы смог. Но я, к сожалению, не мог…

Когда я, словно обезумевший, кинулся к девочке, стиснул в объятьях, прижимая к себе хрупкое тельце, и, разглядывая перепачканное личико с дрожащими губами и подрагивающим подбородком, с огромными обиженными, все понимающими черными глазками на нем, я думал, что сойду с ума.

О, эти глаза! Они словно рвали меня живьем! Сколько чувств, эмоций, ощущений было в них!

О, этот взгляд! Он словно выбил почву у меня под ногами, лишая воздуха, чувства, ощущения.

Я молчал, я очень долго молчал, не в силах вымолвить ни слова. Просто не знал, что сказать…

И она тоже молчала. Сначала даже попятилась от меня, попыталась отвернуться, вырваться, но я ей не позволил, и она осталась со мной, прижатой к моей широкой груди.

Она мне не верила. Она мне БОЛЬШЕ НЕ ВЕРИЛА! И ее молчание говорило красноречиво и дерзко.

То молчание… О Боже, оно резало и кромсало похлеще любых слов! Которые она так и не произнесла…

Боже, какой трепещущий, душещипательный, раздирающий в клочья момент!

Мне кажется, что я даже дышать перестал, настолько спертым, густым и тугим стал воздух, он словно оседал в моих легких вязкой, свинцовой тяжестью, разъедающей мою душу и тело.

Бывают такие моменты в жизни, когда не можешь вдохнуть или выдохнуть. Боишься, забываешь, просто не можешь заставить себя сделать спасительный вдох?! И ты начинаешь задыхаться.

Я почти задыхался тогда. От этого выразительного, обвиняющего, не верящего мне взгляда черных глаз. От безропотного, усталого, машинального подчинения ее тела моим словам и действиям.

Будто куколка! Ни чувств, ни эмоций, ни прежнего огня глаз, ни былого задора. Прямой, внимательный, умный, пустой и… словно бы равнодушный взгляд. Обвиняющий взгляд!