Читаем Крестоносцы полностью

Третий отряд, из Северной Франции, возглавляемый Робертом Фландрским, Стефаном Блуасским и братом французского короля Гуго де Вермандуа, перевалил через Альпы и прошел через города Италии: Лукку (где крестоносцев ждал прием у папы), Монтекассино и Бари, где они погрузились на корабли, чтобы переправиться через Адриатическое море. Высадка произошла в районе Диррахия, и их дальнейший путь пролегал, как и маршрут южан, по Эгнатиевой дороге. Тремя неделями позднее чем Раймунд Сен-Жилльский, войско из Северной Франции подошло к Константинополю. Гуго де Вермандуа опередил основную часть отряда, но, поскольку его судно потерпело кораблекрушение, он прибыл почти один.

И, наконец, четвертый отряд из нормандцев Сицилии и Южной Италии, ставший неожиданным подкреплением крестоносцам, прибыл под командованием знаменитого Боэмунда Тарентского и его племянника Танкреда; он также переправился через Адриатику и высадился между Диррахием и Авлоном. Отпраздновав Рождество в Кастории, нормандцы появились у Константинополя 16 апреля 1097 г.

Что же касается дорожного провианта, то часть его перевозили на повозках, сопровождаемых сильным конвоем; передвижение королевских армий этого времени напоминало настоящий переезд с одного места жительства на другое, поскольку король вез с собой казну и даже архивы. (Известно, что Филипп Август потерял и свой архив, и казну в битве при Фретевале в 1194 г., когда бежал, бросив все, от Ричарда Львиное Сердце). С собой в поход брали также материалы для разбивки лагеря, зерно, сухари, сушеные овощи, бочки с вином и маслом, овес и сено для вьючных животных. Однако не могло быть и речи о том, чтобы взять с собой такое количество провианта, которого войску хватило бы на весь путь от берегов Луары или Мааса до Босфора. Поэтому крестоносцы выступили в поход не ранее августа, когда был собран весь урожай. Все необходимое они докупали на марше и в тех местах, где провизия была в изобилии, двигались медленно, давая людям и животным набраться сил.

Ведь, несмотря на ставшие привычными представления, грабежи были редкими – очень редкими, учитывая характер людей, пустившихся в поход, и сложности, связанные с поддержанием дисциплины в отрядах, в которых набор бойцов и командиров (особенно во время народного крестового похода) часто было делом случая За исключением таких настоящих бандитов, как Эмих и Волькмар, которые, как мы еще увидим, только и делали, что с первого дня похода устраивали погромы, грабежи имели место только в Белграде и в Бела-Паланке, учиненные отрядами Вальтера Неимущего и Петра Отшельника Инциденты же в Кастории были делом рук уставшей и оголодавшей армии. На дворе стояла зима, дороги были совершенно разбиты. Армия Боэмунда столкнулась с противодействием греков, которые, заметим, имели все резоны не доверять нормандцам. Тогда их предводитель приказал начать грабеж, правда не без колебаний, так как опасался восстановить против себя местное население. Произошло несколько стычек нормандцев с императорской армией, но. как только поставки продовольствия для крестоносцев были восстановлены, Боэмунд вмешался и прекратил бесчинства, приказав вернуть жителям украденных животных. Местное население в благодарность организовало торжественную процессию.

Самый сложный маршрут достался крестоносцам Раймунда Сен-Жилльского, у которых, правда, были хорошие продовольственные запасы. Граф Тулузский взял на себя снаряжение огромного числа бедных крестоносцев, благо доходы ему это позволяли. Поэтому его армия была самой многочисленной и более других отрядов обременена мирными людьми сам граф подал пример, взяв с собой жену и сына. Уже в Сербии, скорей всего, из-за медленного продвижения армии, продовольствия стало не хватать. Более сорока дней крестоносцы блуждали в густом тумане по опустошенной земле. В Скутари Раймунд попытался договориться с сербским князем Водимом, но узнал, что сербам просто нечего продавать Нужно было любой ценой добраться до византийской границы, в то время как голод становился все сильнее и сильнее. Но ситуация не изменилась, когда Раймунд со своими людьми выбрались на Эгнатиеву дорогу, где перед ними прошли нормандцы и фламандцы, без сомнения, не оставившие и крошки хлеба. К этим несчастьям добавились и столкновения с кавалерийским корпусом, посланным по-прежнему бдительным императором Алексеем для наблюдения за крестоносцами. Все это обеспечило провансальцам репутацию разбойников и драчунов, которую они, наверно, заслужили лишь отчасти.

И, наконец, упомянем о грабежах, устроенных по приказу Готфрида Бульонского в ответ на известие о пленении Гуго де Верманду, заставшее его в Селимбрии, а также о разбое крестоносцев под Константинополем, предпринятом, чтобы сломить негласное сопротивление императора. Но, как только угроза возымела свое действие, предводители крестоносцев тотчас же прекратили грабежи.