Для тех, кто не знает: «Василек» — это 82-мм автоматический миномет, смонтированный на базе автомобиля ГАЗ-66. При разрыве мины от такого «василька» разлетается от 400 до 600 осколков весом не менее 1 грамма при радиусе действительного поражения восемнадцать метров.

Они успели, иначе бы попали под огонь своих. «Второй этап Саурской (Апрельской) революции» не предполагал наличие живого Амина. Ну а цель оправдывает жертвы.

4 января вместе с бойцами «Зенита» сотрудники Группы «А» приехали на афганскую базу ВВС в Баграме. Погрузились в транспортник, курс — на Душанбе.

— Когда мы приземлились, — вспоминал Карпухин, — подошел полковник-пограничник. Стал нас расспрашивать: кто мы и откуда? Он, конечно, знал, что войска в Афганистан вошли, но о нас ему не было ничего известно. А тут мы — без документов, паспортов… без ничего. Тут полковник шуметь начал, еле его утихомирили.

Финансов ни у кого не оказалось. Тогда я зашел в магазин на аэродроме и говорю: «Денег у меня с собой нет, но у меня… проблема на борту. Это не грабеж, но вам придется поделиться». Заведующий магазином, надо отдать ему должное, вошел в положение и разрешил взять продукты. Мы даже написали ему расписку. Наверное, за нас кто-нибудь потом заплатил.

По приезде в Москву Виктора Фёдоровича отозвали в сторону: «Карпухин, крепись. У тебя брат умер».

— Виктор заплакал, а я так просто разрыдался, настолько были взвинчены нервы, — вспоминает тот момент Берлев. — С его старшим братом Валерием мы были в хороших отношениях. На «девять дней» поехали с Карпухиным вместе. Да мы и по жизни шли вместе: и в радости, и в горе… Как-то ко мне в гости приехал племянник Виктора — Александр Карпухин, который собирает сведения о своем легендарном дяде. Он сказал, что все эти годы пытался узнать, кто же был на поминках. Когда я внес ясность, он воскликнул: «Так это были вы!», и мы обнялись.

Вручали Карпухину высшую награду страны в Кремле 21 мая 1980 года. Награды обмывали в шикарном столичном ресторане «Прага» на Арбате. Официанты и посетители от удивления рты раскрыли. А музыканты из оркестра, словно почувствовали момент, исполнили специально для них популярную песню из кинофильма «Ошибка резидента»: «Я в весеннем лесу пил березовый сок…» Да, они, в отличие от закордонного резидента графа Тульева, ошибок в Кабуле не совершили, но остались живы благодаря Богу.

«ЧТО, РЕБЯТА, ПОШЛИ!»

Виктор Фёдорович Карпухин родился 27 октября 1947 года в городе Луцке Волынской области. Его отец тридцать пять лет отслужил в Вооруженных Силах. Имел звание подполковника. Участвовал в зимней Финской кампании, затем прошел всю Отечественную войну и закончил ее командиром артиллерийской батареи. Был трижды ранен.

Переезжая из гарнизона в гарнизон, Виктор с детства «пристрастился» к огнестрельному оружию; умел водить мотоцикл и, по собственному признанию, иной профессии, чем военная, для себя и не мыслил.

— Я с младенческих лет увидел, что такое жизнь офицера со всеми трудностями, которые ей сопутствуют. За время учебы мне пришлось сменить двенадцать школ, а это, как вы понимаете, было совсем непросто.

В 1966 году Виктор поступил в Ташкентское Высшее танковое училище, которое в 1969 году окончил с отличием и, имея свободный выбор, попросился в КГБ — в техническую часть. Направление получил в Московское пограничное училище имени Моссовета. В его стенах и на полигонах прошел путь от курсового офицера до командира роты учебно-боевых машин. Плотный, крепко сбитый — сам походил на тяжелый танк.

Хотя Карпухин и не был в первом составе Группы «А», но имел к подразделению самое непосредственное отношение — на полигоне в Ярославской области обучал его личный состав вождению танков и стрельбе из вооружения, установленного на бронетехнике. Ав 1979 году приложил максимум усилий, чтобы попасть в подразделение, — куда в августе и был зачислен на должность заместителя командира 4-го отделения, как раз накануне афганских событий.

Как вспоминает «дед Берлев», они с Виктором быстро сошлись характерами и проводили вместе почти все свободное время:

— Карпухин был очень хлебосольный. Мы дружили семьями, жены наши тоже сошлись. Валентина Владимировна — святая женщина! У Виктора-то характер строптивый, дома почти не жил — служба… Он был приглашен в Группу «А» в августе 1979 года заместителем начальника отделения. Однако приметили его раньше, Геннадий Николаевич Зайцев беседовал с ним еще весной, где-то в мае. Виктора приняли в качестве инструктора по вождению боевой техники. Мастера лучше Карпухина по этой части я не встречал, хотя со многими приходилось соприкасаться на сборах в учебных центрах. Витя показывал чудеса вождения машин всех типов! В любую он садился как в «Жигули». Высочайшего класса мастер. Не просто водитель, а настоящий ас вождения! В подразделении он проводил с нами занятия, и все сотрудники Группы «А» прошли через его руки.