Читаем Крещенные кровью полностью

Сигнал, посланный с катера, заставил Василия вскочить с ящика, на котором он сидел, и взглянуть на часы.

– Черт возьми, нам следует поторопиться! Фридрих, бери флаг и мухой лети к реке. Покрутишь им над головой – и обратно.

– Для чего? – спросила Альбина в недоумении.

– Это знак для них, что еще час придется подождать, дорогая. Нужно выкопать деньги, сложить их в ящики и перевезти на катер, – ответил Василий.

Он направил в сторону Яшки пистолет.

– Ты, поднимайся на ноги и берись за лопату!

– Что ж, поработаем, – пожал плечами Яшка и двинулся в указанном ему направлении. – Для нас это пара пустяков. Для нас это…

Проходя мимо генерала, Яшка вдруг быстрым как молния движением нанес тому сильный удар в лицо. Из разбитого носа Василия хлынула кровь. Он отступил, мотая головой, но потом, бросив пистолет Альбине, ринулся вперед. Нанося удары противнику, генерал так махал кулаками, словно орудовал кузнечными молотами у наковальни. Один, самый мощный, угодил Яшке прямо в висок. Хромой осел на землю и лишился сознания.

– Нос не дорос, – заявил Василий, потирая ушибленный кулак и трогая разбитое лицо. – Жаль только, теперь самому придется копать.

После того как Альбина остановила кровотечение, генерал снял свой перепачканный китель, засучил рукава рубашки и взялся за дело. Копал он быстро и умело. Не прошло и десяти минут, как острие лопаты ударилось обо что-то твердое.

– А теперь приступим к самому главному – к ритуалу! – объявил Василий, отбрасывая лопату и поднимая Носова. – Тебе предоставляется право открыть ящик и потрогать деньги, к которым ты так долго и настырно стремился!

– А я не хочу! – пробубнил тот равнодушно.

– Ты уже не хочешь стать богатым? – удивился Василий.

– Все хотелки перехотел, все жданки переждал, – ответил Носов.

Такой поворот несколько озадачил Василия:

– Ты что, кастрат безмозглый, вынуждаешь пристрелить тебя?

– Стреляй, если хочешь, – усмехнулся Васька. – Ты, видать, для этого и притащил меня сюда.

– Верно, угадал, – неожиданно согласился Василий, задумавшись всего на минуту. – Степан, – повернулся он к брату, который наблюдал за происходящим со стороны, лежа на подстилке. – Что скажешь относительно этого гада?

– Не спрашивай, сам решай, – отозвался тот, поморщившись от усиливающейся боли в спине. – Ты же у нас сейчас всемогущий. А я в таком же положении, как и скопец. Вот лежу и думаю, каким способом ты меня кончать будешь.

– Брат, ты что?! – воскликнул Василий. – Я заберу тебя с собой, в другой мир, в котором нет места таким, как Сталин и Гитлер. Мы будем жить иной жизнью, о какой тебе и слышать не приходилось!

– О чем ты, Вась? – прохрипел Степан. – У меня хребтина перешиблена, а ты о чуде болтаешь… Уходить будешь, пистолет оставь, если на меня рука не поднимется. Я сам помогу своему горю.

– Во дурак, «о чем ты»? Ты что, врач? У тебя ушиб и временная парализация. Бывает такое, но это пройдет, верь мне.

– Я всегда тебе верил, но то было давно. Теперь другой ты, чужой. Между нами не маленькая канавка, а пропасть, преодолеть которую ни я, ни ты уже не в состоянии…

Вернувшийся Бергер прислонил к стене флажок и уставился на генерала, ожидая приказа.

– Посмотри, что с тем? – указал ему на поверженного Стрельца Василий. – Если жив еще, добей, а тело оттащи в туннель, с глаз подальше.

Унтер-офицер подошел к телу Яшки и пощупал пульс:

– Мертв… Кто его так уделал?

– Не задавай лишних вопросов, выполняй! – приказал Василий и повернулся к Альбине. – А ты, дорогая…

Он осекся, увидев побледневшее лицо супруги и застывший взгляд в сторону Носова, обернулся и напрягся: скопец замер в странной позе.

– Черт, подох? Сука! – выругался он, сообразив, в чем дело. – А я ему такую казнь подготовил в отместку за отца… – он не договорил и в сердцах рубанул рукой воздух.

Из туннеля возвратился Бергер.

– Ваш приказ исполнил, господин генерал, – отчеканил он, отряхивая руки и с собачьей преданностью взирая на генерала.

Василий ощупал тело Носова и, убедившись, что тот действительно умер, сказал:

– Теперь и этого тащи туда же. Повезло мерзавцу: слишком легкую смерть принял…

Проведя по лицу ладонями, словно снимая паутину, Василий обратился к супруге.

– Альбина, введи Степану что-нибудь обезболивающее, – попросил он, вздыхая. – И осмотри его тело, пожалуйста.

…Генерал освободил тайник одновременно с Альбиной, закончившей осмотр Степана. Супруга тихо приблизилась сзади к Василию и замерла в восхищении от огромной суммы у своих ног.

Вернулся Бергер. И остолбенел. С трудом сглотнув подступивший к горлу ком, унтер-офицер срывающимся голосом доложил:

– Приказ выполнен, господин генерал. Носов только вот…

– Что еще? – нахмурился Василий.

– Жив он, господин генерал, – сказал унтер-офицер, не сводя жадных глаз с кучи денег.

– Как жив? Да я же сам осматривал его! – воскликнул Василий удивленно.

– Носов сейчас застонал и что-то пробормотал себе под нос.

– Так ты добил его?

– Никак нет, рука не поднялась, господин генерал. Столько лет вместе… И он доверял мне.