– Да, и мы пришли вместе. Пьер остался внизу ждать меня. Мы думали, что вы можете оказаться дома не один, не захотите там говорить, и тогда выйдете к нам. Привратник вышел к нам и сказал, что вы ушли по делу, но, по всей вероятности, скоро вернетесь. Тогда я решил, что нужно ждать.

– Да, ждать, – повторил Деталь. – И мы решили ждать: он наверху, я – внизу.

Поль, нахмурив лоб, внимательно слушал, пытаясь вспомнить.

– Я ждал вас на лестнице. Когда вы вернулись, я увидел, что вы больны, по-моему, у вас была лихорадка. Я решил, что вам надо лечь в постель и согреться. Тогда я вам помог это сделать.

– И я, – с беспокойством спросил Панафье, – что-то говорил в беспамятстве?

– Вы даже не поздоровались со мной. Вы прямо вошли к себе и начали стонать.

– Я ничего не говорил?

– Ничего. Но я видел, что у вас голова не в порядке и решил, что ее надо вылечить. И так как, благодаря Богу, немного знаю медицину, то я сделал вам лекарство, и, как видите, оно помогло.

Между тем Панафье с беспокойством старался припомнить, что происходило накануне. Мало-помалу он вспомнил все. Горькая улыбка мелькнула у него на губах. Он печально качал головой, поняв, что Луиза уже давно обманывает его, так как привратница на улице Лаваль сказала: подруга госпожи Левассер, та, которая так часто у нее бывает и очень хорошо одевается. Итак, Луиза проводила у него ночи, а утром, делая вид, что идет на работу, уходила неизвестно куда. Не было никакого сомнения относительно поведения той, которую он любил, и Панафье только удивлялся, что не понял этого раньше. Некоторые мелочи, которые раньше проходили незамеченными, теперь всплывали в его памяти и прояснялись. Он вспомнил про духи, которыми она была надушена и которые он напрасно старался купить раньше, так как видел эти духи только в дорогих магазинах, и их цена его поразила: один флакон стоил пять луидоров. Он сказал это Луизе, а она отвечала ему, что один из покупателей надушил платки всех мастериц. Он вспомнил, что очень часто Луиза, возвратившись домой, отказывалась с ним обедать под предлогом мигрени. Он вспомнил, как однажды водил ее в театр, и пьеса оказалась ей знакомой. «Как я был глуп!» – подумал он.

Панафье встал и приказал Деталю пойти купить продуктов на завтрак.

– На завтрак? – поразился Ладеш. – Вы приглашаете нас на завтрак? Ах, господин Панафье, вы очень благородный больной. Иди скорее, Пьер! Я голоден, и у нас много дел.

– Я быстро вернусь, – ответил Деталь и поспешно вышел.

Панафье обратился к Ладешу:

– Теперь я припоминаю. Ты приходил вчера по какому-то важному делу?

– Да, мсье. Но теперь об этом нечего думать. Сегодня вечером это дело надо начинать сначала, потому что вчера мы знали, где был аббат, и могли бы поймать его там.

– Теперь, – сказал Панафье, – вы должны изменить тактику. Вы должны только проследить его до дома.

– Мы предлагали вам это в самом начале.

– Да, но вначале я хотел на него посмотреть и тогда только решить, что с ним делать. Теперь мне нужен его арест.

– Во всяком случае, это гораздо приятнее и немного нас развлечет. Впрочем, если вы хотите, есть и другое средство, с помощью которого мы закончили бы дело быстрее.

– И что это за средство?

– В большинстве случаев мы встречаемся с ним в таких местах и в такое время, когда совсем нет прохожих. Мы можем сделать следующее: я вежливо попрошу его следовать за нами, и если он станет возражать, Деталь схватит его сзади за плечи, а я завяжу ему платком рот. Затем мы его свяжем и, чтобы не утомлять, посадим в фиакр, а на следующий день за завтраком представим его вам. Панафье задумался.

– Но вы можете ошибиться. Вы можете поймать не того человека, которого я ищу, и тогда…

– Бог мой! – Ладеш, наливая себе вина, пожал плечами. – Если это человек приличный, то мы скажем ему, что это была шутка, и отпустим его. А так как мы не назовем ему наших имен, адресов и постараемся загримироваться для этого случая, то ему нужно быть необыкновенно умным, чтобы суметь доставить нам неприятности. Если же это такой человек, который не захочет понять шутку и увидит слишком много, то на другой день вы прочтете в газетах, что такой-то господин умер на улице от удара, и тело его было найдено утром.

Эта последняя фраза была сказана с таким спокойствием, что у Панафье холод пробежал по спине. Он никогда не думал, что жизнь людская так мало стоит для некоторых.

– Мы еще поговорим об этом, – сказал он.

Тут в дверях показался Деталь с покупками.

– Скорее за стол, – обрадовался Панафье. – Мы поговорим о деле за завтраком.

– Какие у вас в доме дурно воспитанные люди! – заметил великан.

– Что случилось?

– Когда я сейчас входил в дом, ваш привратник прямо уставился на меня.

– Что же тут удивительного? Вполне естественно, что этот человек был удивлен, ведь сегодня ночью ты вошел сюда в качестве доктора, – объяснил Ладеш.

– Как – доктора?!

– Ну да, когда мы проходили, я сказал привратнику, что ты доктор. Конечно, его удивило, когда доктор отправился за продуктами.

Деталь расхохотался. Даже Панафье улыбнулся.

Глава 25. Дама с фиалками