Читаем Красный анклав полностью

Лев Викторович Речной принадлежал к той породе 'красных директоров', что рождались, жили и умирали на своих предприятиях. Он руководил заводом последние 40 лет, 25 из которых уже в качестве владельца. После распада, Речной быстро организовал ловкий обмен ваучеров работников предприятия на несущественные денежные вознаграждения и получил монстра машиностроительной отрасли в свое единоличное пользование. Новые реалии привели к тому, что от завода осталась только территория, помещения и название. Цеха ветшали, наследие разграблялось, на территории базировался городской рынок, база крупной логистической компании, тренировочный лагерь национал-патриотического клуба и множество других, более мелких, юрлиц. Сам завод в одном из своих цехов осуществлял отверточную сборку несложного промышленного оборудования. В народе у Речного была обычная репутация дорвавшегося до дармовых денег жулика, которому для душевного покоя в его загородной четырехэтажной резиденции требовалась чуть ли не рота личной охраны из его же ЧОПа. Работники его жаловались на задержки зарплаты, плохие условия труда и самодурство начальства, никто к нему работать не шел. Однако те, кто еще работал, почему-то не стремились уйти, хотя были там очень толковые специалисты, которым поступали очень хорошие предложения. Но ответ всегда был примерно один – 'куда мне, старому, что-то в жизни менять, я тут всю жизнь работаю, и помирать мне на этом же заводе суждено'.

Приближалось время обеда, за окном было как всегда пасмурно и сыро, директор ждал посетителя в богато обставленном кабинете, где вся мебель была сделана из красного дерева ручной работы неизвестного мастера. На большом столе среди прочих обычных предметов, стоял небольшой металлический бюстик Ленина, за спиной руководителя, как и полагается, висели портреты Президента Волкова и Премьер-министра Ловцовой. Ни телевизора, ни компьютера, ни даже телефона здесь не было – Речной был очень консервативным человеком преклонного возраста и предпочитал делегировать работу с техникой своим помощникам и секретарю. Не носил даже мобильного телефона, а на руке у него красовались часы 'Полёт', готовые поспорить в ветхости со своим чудаковатым владельцем.

В дверь постучали:

– Лев Викторович, к вам посетитель.

– Вероника Леонидовна, пригласите его и, если меня будут еще спрашивать – я отъехал.

В кабинет вошел местный участковый, одетый по форме с нехарактерным для его более молодых коллег внимательным взглядом. Он был частым гостем Речного, рабочие завода регулярно попадали в различные неприятные истории, так что его появление никого не заинтересовало.

– Лев Викторович, добрый день.

– Здравствуй, Артем, заходи, присаживайся, – отеческим жестом Речной указал на стул напротив себя, – Что привело тебя ко мне вне плана? Что-то случилось?

– Случилось, пришел приказ – нужны твои 'цеховики', группы А, Б и В, – без лишних вступлений он перешел прямо к сути визита, что само по себе говорило о безотлагательности мер, которые требовалось принять.

– Сразу три группы? Куда?

– Кутурган, Кыргызстан, отбыть надо в течение суток. Экипировка и оружие – федеральные, также нужно оборудование для зачистки следов.

– Кто-то обнаружил вход в Саров-14? Со времен той жуткой трагедии я об этом месте ничего не слышал, там должно было быть все почищено еще тогда, – глаза старика на мгновение замерли, он заново пережил тот день в ноябре 1990 года, когда неудачный эксперимент испепелил 23 тысячи жителей подземного исследовательского комплекса. Для всего остального мира это было просто еще одно подземное землетрясение, без существенных жертв и разрушений.

– Да, по всей видимости, они что-то нашли.

– Что именно?

Участковый пристально смотрел в глаза своему старому другу, дальнейшие слова станут отправной точкой цепи необратимых событий:

– Они знают о нашем существовании.

Для человека под восемьдесят, Речной справился с этой новостью удивительно спокойно – в конце концов, рано или поздно это должно было случиться, у них было достаточно времени, чтобы встретить этот день в полной готовности.

– Артём, давайте сюда приказ, я немедленно отдам все нужные распоряжения. Всему Контактному Контуру придется перейти в режим усиленной безопасности, это затруднит снабжение Второго Контура. Надеюсь, они были готовы к такому повороту событий, – полковник Речной устало закрыл глаза, постоял, собираясь с мыслями несколько мгновений и начал действовать согласно давно усвоенной инструкции, – Вероника Леонидовна, пройдите ко мне в кабинет.

Дверь отворилась и в помещение вошла красиво стареющая женщина средних лет, каждое движение которой не было потрачено впустую, а весь ее вид говорил о готовности выполнить любое поручение руководства:

– Лев Викторович?

– Передайте это майору Васнецову и соберите весь наличный состав групп А, Б и В на построение, – он протянул ей непримечательную металлическую пластинку с кольцом, легко сошедшую бы за брелок от ключей.

Не говоря лишних слов, секретарь скрылась за дверью. В помещении повисла тревожная тишина.

– Началось?