Читаем "Красная стрела" (СИ) полностью

  Бармен прекратил натирать бокал и поставил его на стойку. Сложив на груди руки, он молча смотрел на Глотова с изрядной долей брезгливости.

  - У вас есть врач?! - трясясь от боли и животного страха спросил Глотов.

  - Врач? - удивился бармен, - Зачем нам врач? Это батенька ресторан, а не поликлиника.

  - Но должен, же быть в поезде врач, чёрт возьми!

  - Должен, не должен, - начал раздражаться бармен, - откуда я могу знать? Моё дело наливать, понятно? Кстати! - оживился он, - Давай-ка я тебе плесну чего-нибудь. А? Уверяю, тебе сразу станет легче. А вилку из ладони не вытаскивай, а то, не дай Бог, кровью изойдёшь. Перепачкаешь тут всё. Ну, так что, налить?

  - Налить, - обречённо махнул здоровой рукой Глотов.

  - Что предпочитаешь, виски, коньяк, а может водочки?

  - Водки!

  - Отлично, держи!

  Бульк! Бульк! И перед Глотовым появилась наполненная бесцветной жидкостью рюмка. Схватив её всей пятернёй, он жадно выпил и уже через секунду корчился на полу от дикой боли.

  - Ааааааа!!! - закрыв глаза, вопил Глотов, катаясь по полу в позе человеческого эмбриона. Пищевод и желудок горели адским огнём, ему казалось, что вместо водки он проглотил килограмм толченого стекла.

  - Чтоб ты сдох, сволочь! Что ты мне налил? - хрипел Глотов. Не получив ответа, он открыл глаза и застыл на месте, забыв на несколько секунд о боли в животе. Стойка бара, будто живой организм, пришла в движение и двигалась прямо на него, постепенно принимая форму подковы! Онемев от ужаса, Глотов попятился назад. Между тем стойка из подковы стала превращаться в круг! Рискуя раскрошить намертво стиснутые зубы, Глотов заставил себя подняться на ноги. Далось это ему невероятно трудно. Невыносимая боль, разрывающая внутренности, мешала ему выпрямиться во весь рост. Между тем, круг сомкнулся и стал сжиматься, становясь похожим на сворачиваемый в рулон, гигантский ковер. Каким-то чудом Глотову, ценой пары сломанных ребер и раздробленной ступни, удалось вырваться из смертоносных объятий разбушевавшейся стойки. Теперь передвигаться он мог только двумя способами - на четвереньках или прыгая на одной ноге. Почти теряя сознание, Глотов пополз к выходу из ресторана.

  - Помогите! - простонал он после нескольких тщетных попыток открыть дверь, ведущую в тамбур. Однако помощи ждать было неоткуда. Ресторан был пуст. Ни одной живой души! За исключением каким-то чудом ожившей мебели, но она, кажется, собиралась уничтожить его, а не помочь. Дальше всё было, как во сне, в страшном сне, когда ты убегаешь от кого-то или от чего-то и вдруг, с ужасом убеждаешься, что на самом деле ты бежишь, не двигаясь с места и все твои усилия избежать опасности напрасны. Казалось, ему уже не суждено было добраться до своего вагона, но он, оставляя за собой извилистый кровавый след, непостижимым образом добился своего. Скорее в туалет! Надо очистить желудок иначе никак не избавиться от сжигающей боли пожиравшей его изнутри. Едва Глотов подполз к унитазу и сунул пальцы в рот, как его буквально вывернуло наизнанку. Освободив желудок, он нажал педальку смыва. Унитаз сработал с точностью до наоборот, окатив Глотова его же испражнениями.

  - Господи, боже мой!!! Да что же здесь творится?!!! Проводник! Проводник! Кто-нибудь! Куда вы сволочи, все подевались?!!!

  Ему никто не ответил. Лишь вагонные колёса продолжали петь свою незамысловатую песню.