Читаем Красавица в черном полностью

Марианна сначала поговорила с лордом Габриелем, который сидел по другую ее руку, затем повернулась к маркизу. Он, судя по всему, полностью сосредоточился на черепаховом супе. Марианна понадеялась, что леди Габриель, сидевшая по другую его сторону, не будет на него в обиде.

Впрочем, он почувствовал взгляд Марианны, потому что, когда лакей убрал суповую тарелку и поставил перед ним рыбу, резко поднял глаза.

– Мистер Макнэр ваш старый друг? – спросил он. Марианна невольно взглянула в конец стола, где сидел на месте хозяина дома Джейми.

– Пожалуй, можно сказать и так, – осторожно согласилась она, не вполне поняв подоплеку вопроса. – Он дружил с моим мужем, я давно его знаю, и, когда принимаю гостей, он часто берет на себя роль хозяина. Мистер Макнэр очень общителен и знаком практически со всеми.

~ Но он не ваш жених? – спросил маркиз.

– Ну, конечно, нет! Мы просто друзья. – Марианна даже заморгала от такого прямолинейного вопроса. – Я сомневаюсь, что он вообще когда-нибудь женится. Думаю, у него нет призвания к семейной жизни. – Она покосилась на своего соседа. Неужели ему не все равно, как она относится к Джейми?

– Разве у него нет собственности, о которой следует позаботиться?

– Вы хотите сказать, разве ему не нужен наследник? – Она пристально всмотрелась в маркиза, взвешивая, стоит ли спросить, почему у него такие натянутые отношения с братом, но не решилась. У лорда Гиллингема сейчас был чересчур неприступный вид.

– Да, что-то вроде этого, – сказал маркиз. Но, к разочарованию Марианны, не стал пояснять свою мысль.

– По-моему, нет, – ответила она рассеянно, все еще размышляя над причинами вражды между братьями. – Лорд Габриель сказал, что много лет жил за пределами Англии…

– Он путешествовал не по своей воле, – произнес маркиз, понизив голос.

Что это могло значить?

Марианна с досадой отломила кусочек хлеба, сожалея, что не может бросить его в сидевшего рядом с ней человека.

– А у вас не возникало желания путешествовать? – спросила она.

– Зачем? Мне и у себя дома весьма уютно.

– Это так, но в мире столько всего чудесного…

– Да, вы как-то упоминали об этом. Вы бы желали поездить по миру? – От его пытливого взгляда ей стало неловко. Она сообразила, что, должно быть, в ее словах проскользнули тоскливые нотки. Поспешно уводя разговор от своей персоны, она проговорила живо: – Конечно, есть разные способы познакомиться с чужими странами. Например, на следующей неделе в Галерее искусств открывается выставка итальянских и французских пейзажей.

– Вам хотелось бы ее посетить? Я буду рад сопровождать вас… и конечно, мисс Крукшенк.

Луиза, сидевшая через стол, подняла голову. Неужели услышала с такого расстояния, как произнесли ее имя? Впрочем, это естественно.

– Я уверена, нам с Луизой будет очень интересно посмотреть эту выставку, – заверила Марианна, думая, что уж там-то они не столкнутся с какими-нибудь нежелательными родственниками.

Джон изобразил на лице вежливый интерес. Видимо, обед еще не скоро закончится, а присутствие рядом миссис Хьюз позволяло забыть о сидевшем напротив братце. Впрочем, неотвратимо приближался момент, когда дамам предстояло покинуть мужчин. Он вдруг заметил, что хозяйка посмотрела на него с беспокойством, но, повинуясь традициям, все же собрала вокруг себя других дам, словно выводок хорошеньких курочек, и повела их в гостиную. Мужчины остались за портвейном. Наступило время откровенных разговоров, если таковые вообще намечались, но Джон уставился в свой бокал с рубиновой жидкостью, не обращая ни на кого внимания. Мистер Денвер и этот чертов мистер Макнэр изо всех сил старались создать видимость беседы, обсуждая последние скачки. Младший Синклер был тоже необычно молчалив. Куда делись его остроумие и запас веселых историй? Где тот обаятельный и приветливый Габриель, которого Джон презирал от всего сердца? И поделом!

После нескольких минут вымученного разговора двое собеседников исчерпали тему и смолкли. Макнэр надолго припал к своему бокалу.

– Как ни жаль оставлять такое славное винцо недопитым, я все же полагаю, дружище, что мы с вами тут лишние. Похоже, что джентльменам желательно обсудить… некие семейные дела.

Джон неприязненно подумал, что в глазках всеобщего знакомца блеснуло сорочье любопытство. Что за несносный тип!

Впрочем, Джон понимал, что его раздражение вызвано вовсе не мистером Макнэром, хотя его фамильярности с миссис Хьюз он нашел чертовски неприличными. Но вот другой человек, сидящий за этим столом и носивший одно с ним имя, вызывал в нем жгучее желание вцепиться ему в горло…

Джон стиснул зубы и промолчал. Толстяк, пожав плечами, снова обратился к своему собеседнику:

– Не присоединиться ли нам к дамам? А я просто-напросто возьму свой бокальчик портвейна с собой, вот так. – Он долил себе еще вина и направился к двери, обронив через плечо еще одно замечание: – Только без крови, не то запачкаете ковер, господа.