Ица помедлила. Рей внимательно следил за ней, но теперь она заметила, как он то и дело нервно оглядывается. Переступает с ноги на ногу. Лохматит себе волосы, будто никак не может совладать с волнением.

Он чего-то ждет. Или боится? Рей смотрит на нее с таким восторгом, с такой надеждой, а сам между тем боится чего-то снаружи…

– Я чувствую подвох, – ответила Ица. – Это только часть вопроса.

– Верно. Ну ты даешь!

– Ты меня тестируешь, я поняла. Хочешь знать, что я выберу. С ребенком что-то не так. Ребенок – это потенциаль…

– А ты догадливая. Так ты спасла бы его, зная, что когда-нибудь он станет убийцей? – спросил Рей, снова и снова оглядываясь.

– А ты бы создал меня, зная, что я стану убийцей?

Мора почувствовала, что ее губы снова растягиваются в улыбке, но Рея новая шутка насторожила.

– По-твоему, что такое убийство?

– Самая страшная штука, о которой только может подумать человек? – развела руками Ица.

– Опять иронизируешь? – с подозрением спросил Рей.

– А зачем ты мне задаешь вопросы с очевидными ответами?

– Я хочу знать, что для тебя очевидно.

– А ты бы сам того ребенка спас? Взял бы на себя ответственность за те убийства, которые он совершит потом? Это же как убить всех тех людей своими собственными руками…

– Значит, тебе кажется, что спасти того, кто потом станет убийцей, – все равно что стать убийцей самому? – переспросил Рей.

– Я такого не говорила. Зачем нести ответственность за то, что тебе неподконтрольно?

– Но представь, что подконтрольно. Ты знаешь, кем этот ребенок станет.

– Это не контроль. Это чушь. Такого в жизни не бывает. Никто не знает последствий своих действий наперед.

– Почему ты так решила?

Ица пожала плечами:

– Ты вот знаешь?

– Мы не про меня говорим.

– Ну ясно. Не знаешь.

– Ладно. Пока хватит, – хмыкнул Рей, не сдержав улыбки, а потом едва слышно добавил, будто сам себе: – Сработало, что ли?..

Он откинул полог из шкур, и в ангар ворвался яркий белый свет.

– Пойдем. Времени мало, – бросил Рей.

Но Мора, зажмурившись, уже ничего не видела. Глаза нестерпимо резало, и хотелось их потереть, но руки не слушались. А потом Мора поняла, что больше не чует крепкого запаха кожи. Замолкли гудение и потрескивание, которые, как оказалось, распространял резервуар. Не полыхал сине-зеленым биораствор, а гигантские челноки-черепахи не наблюдали больше из глубины ангара.

Ангар исчез, исчезла и та Мора, которая почему-то назвалась Ицей. Испарился и Рей, и его куртка. Мора еще чувствовала ее тяжесть на плечах, но и это ощущение быстро пропадало. Комната больше не сияла, а ее очертания обрели наконец четкость. Спальня не расплывалась, сливаясь силуэтами с другим, незнакомым пространством. Это была опять она – ее новая спальня на Первом кольце.

И только голова кружилась от странного полусна-полувидения, которое пришло неизвестно откуда, так живо ею овладело и так быстро истаяло.

Глава 5. Подруги

Мора обшарила всю комнату. Она и сама не знала, что ищет, но ей нужно было объяснение. Что это было за видение? Может, голограмма? Но все казалось таким настоящим, таким осязаемым… Мора ведь не просто смотрела или слушала. Она чувствовала запахи, холод и тепло, а еще – она была в теле Ицы.

А Рей, тот парень, который Ицу якобы создал?.. От мысли о его лице внутри у Моры все странно переворачивалось. Ведь если разбирать это лицо на отдельные черты, то оно странное, даже уродливое. Но если собрать вместе – хочется смотреть и смотреть… У Моры никогда такого не было: в свои короткие прогулки по Второму кольцу, когда она любовалась людьми исподтишка, весь ее восторг крутился вокруг симметрии черт и гармонии форм. Этот же парень был не только совершенно некрасивым – он краснел, горбился, двигался неуклюже и все время куда-то спешил, даже задавая Ице странные вопросы. Он вызывал целую бурю неприятных эмоций, которые вместе почему-то давали ни на что не похожее, удивительное впечатление. Как будто… как будто все, кого Мора видела на острове, были разрисованными пластиковыми куклами, и только Рей один – настоящий.

В своей комнате Мора ничего подозрительного так и не нашла. Из техники – разве что лампы под потолком и светильники у изголовья. Конечно, в стенных панелях, как и на Втором кольце, мог скрываться арканит. Но большую часть стенного пространства в комнате занимали огромные окна, и если арканит куда-то и встроили, то разве что в пол. Впрочем, Мора едва начала знакомство с Первым кольцом и с картой толком еще обращаться не умела. Она могла вызвать изображение по ошибке или по незнанию. А сцена вообще-то напоминала эпизод из фильмограммы, только с эффектом погружения. Кто знает, с какими технологиями Первого кольца ей еще предстоит познакомиться?