Сколько раз выходил этот человек, как казалось ему, сухим из воды, минуя расплату за свои делишки. Сколько раз радовался он этому, не подозревая, видимо, что наказание рано или поздно все-таки придет к нему. Пусть не в судебном выражении, а в презрении односельчан, в одиночестве, которое так мучительно и страшно в преклонные годы.

Стоит ли говорить, что разговор наш не клеился, хотя он и не отрицал фактов, приведенных в письме, не отметал обвинений, которые выносили ему односельчане.

– Конечно, я виноват. Но Николай давно уже самостоятельный человек. Работал в коллективе. Почему товарищи-то его не одернули, не остановили?

Вопрос, конечно, по существу. До того, как встретиться с Власенко-старшим, я сам задавал его животноводам фермы, где работал Николай, руководителям хозяйства. Никто на этот вопрос определенного ответа не дал. Действительно, не очень-то требовательны были все эти люди к нему.

Многие товарищи по работе, когда заводил я разговор о пьянстве Николая, поведении молодого рабочего, опустив глаза, говорили: – Сам не маленький. Да и личное это дело.

И будто не видели, что личные поступки этого человека наносили урон всему коллективу. Ведь Власенко начал втягивать в делишки свои других. «Личные дела» такого рода никогда не бывают нейтральными для общества, и в коллективе, где забывают об этом, обязательно аукнется той или иной мерой социальных потерь. И в селе Иржевце на скамью подсудимых вместе с Власенко-младшим угодили еще двое.

Так что вопрос, заданный Власенко старшим: «почему товарищи-то его не одернули?», повторяю, был по существу. И все-таки большая доля вины лежит на родителях. Ибо, как бы мы ни представляли себе процесс формирования души человеческой, в основе его лежат первые жизненные впечатления, первый жизненный опыт, которые черпает человек главным образом в семье своей. И если в ранние годы, в домашнем окружении познал ребенок ложь и лицемерие, трудно ждать от него искренности в зрелом возрасте, мало надежды, что вырастет он добрым, открытым к людям.

Ходят дети на голове

В общем-то это случается нередко, но, как правило, восторга не вызывает. Но вот перед новым годом побывал я в одной школе, где это самое хождение на голове не только спокойно воспринимается, но и поощряется как строгими педагогами, так и взрослыми дядями и тетями, оказывающимся здесь.

Ненормальная школа, ненормальные ребята и педагоги – скажите вы. И… будете правы. В Московской средней школе-интернате № 24 для детей сирот, где мне довелось побывать, действительно учатся ребята с теми или иными отклонениями в психике, поведении. Или, как говорят специалисты, девиантные дети. Часть из них с врожденными психическими отклонениями, другая склонна к криминогенным поступкам. Воришки, отчаянные лгуны, драчуны-забияки – они в этой компании. Негативная энергия, кипящая в такого рода маленьких наших гражданах, готова в любое время, если ее не контролировать, породить преступное действие.

Но в школе-интернате, вернее в ее педагогическом коллективе, состоящем из людей чутких и одержимых, а стало быть, не совсем обычных, рассудили так: хотя девиантность и отклонение, но никак не преступление. Просто надо уметь направлять необузданную энергию детишек в определенное русло.

Но как найти это «определенное русло». Что оно из себя представляет? Здесь знают теперь ответы на эти вопросы.

Благодаря поисковому энтузиазму, педагогическому таланту бывшего директора школы Галины Федоровны Венедиктовой (ныне начальник отдела социальной защиты в правительстве) и циркового режиссера Виталия Яковлевича Четверикова, глубоко убежденного, что цирковое искусство для девиантных ребят есть лучший способ социальной их терапии. Где, как не в цирке может реализоваться красота и грация необыкновенных человеческих движений, уникальных способностей, когда тот же воришка, с руками ловкими до невероятности, становится по-настоящему маленьким принцем, фокусником, а врунишка, с его быстрой речевой и мыслительной реакцией, – клоуном, конферансье. А уж аплодисменты, которыми публика одаривает на представлениях артистов – это моментальное признание мастерства необходимы каждому ребенку. Не ради ли удовлетворения этой извечной потребности – собственного самоутверждения, признания молодые неокрепшие души и идут нередко на антиобщественные действия, и этим вообще-то естественным свойством человека умело пользуются совсем другие «психологи» – из криминогенной среды.

Школьный цирк праздновал свой юбилей – три года. За это время он не только крепко встал на ноги, но и что доказывает его несомненные успехи – на голову. Это в полной мере подтверждали гимнастические, акробатические номера, представленные Пашей Афанасьевым и Сергеем Шименковым, буффонады Дани Татаринова и Леши Фролова, жонглирование и хождение по канату Славы Панючина и Лены Гвоздевой.