Читаем Коварство судьбы полностью

Погрузившись в школьную рутину: уроки, домашние задания и посиделки вечером в гостиной у горящего камина, Поттер даже не успел оглянуться, как настала суббота. Если быть откровенным, брюнету было очень интересно узнать о задумке Флитвика. Ведь маленький профессор так и не объяснил, для чего приказал прийти в выходной, а спросить как-то слизеринец не додумался, о чем очень жалел. Вот и приходилось мучиться от любопытства, теряясь в догадках. У Салазара тоже не было мыслей на этот счет. Хотя и агрессии Основатель не выказывал. Пожалуй, Флитвик был одним из немногих, кого Слизерин считал хоть как-то «пригодным» для преподавания в Хогвартсе. На фоне своих коллег, тот был вообще эталоном учителя. Не оставлял в беде своих воронов и хоть чему-то нормальному учил на своих уроках. А не только заставлял писать нудные эссе на пару футов, от которых мало толку, лишь рука начинает болеть. В том, что программа обучения урезана, нет вины Флитвика, а дело рук Дамблдора и Министерства. Маленький профессор и так старался давать больше практики, частенько закрывая глаза на то, что можно и что нет. За это его и уважали ученики в отличии от той же МакГонагалл. Последнюю Слизерин люто ненавидел. Плюясь от яда и негодования, при одно упоминание декана Гриффиндора. Да и к декану собственного факультета Основатель не испытывал теплых чувств, считая бездарем и тупицей. А узнав о том, что Снейп является мастером зельеварения, только покачал сокрушающие головой, шепча о том, что никакой тот не мастер, а шарлатан и те, кто дали ему такое звание, накануне хорошенько перебрали огневиски, притом некачественного. И вообще, Салазар такому индивидууму даже не доверил бы роль завхоза в своей школе. Лучшая участь, это какая-то захудалая забегаловка в Ночном переулке, где Снейп будет варить свою бурду для всяких отбросов. Поттер на это лишь посмеивался, потихоньку подливая масла в огонь. Слизерин в злости был страшен. И душу тепло грело, что после того, как Основатель избавится от Дамблдора с МакГонагалл, наступит очередь Снейпа. Тот со скоростью молнии вылетит из Хогвартса, вслед за своим покровителем. Но это будет потом, сейчас нужно подумать о грядущих проблемах, а их хватало. В последнее время, Дамблдор затаился. Он не проявлял интереса к Гарри, призывая того к ответу на свое «щедрое» предложение. Словно чувствовал, что Поттер ответит отказом. А может и правда чувствовал, у старика чутье, как у собаки на колбасу. Слизеринец рассмеялся на такие мысли. Сравнение так сравнение. Своими тревогами брюнет и поделился с портретом.

— Я тебе уже говорил неоднократно, что Дамблдор не такой простак, каковым хочет на первый взгляд казаться. Он умен и несомненно хитер, а еще прекрасный актер. С его талантом, в театре нужно работать, — скривился Основатель. — Но ничего, не долго ему осталось радоваться. И на него найдётся управа. Сперва нужно убрать его пешек.

— Пешек?

— МакГонагалл и Снейпа.

— А Поттеры? Они во всем поддерживают Дамблдора, — нахмурился слизеринец. Он-то рассчитывал, что Салазар поможет ему избавиться от надоедливой опеки родителей, притом, чем раньше, тем лучше. Но последние слова мужчины, неприятно удивили парня, заставляя до боли сжать кулаки.

Слизерин про себя ухмыльнулся. Он читал своего юного ученика словно открытую книгу, зная о всех его потайных желаниях и стремлениях. И сейчас не составило труда увидеть, что скрывается за маской безразличия — юный Поттер расстроен. Впрочем, чего ещё ожидать от ребенка. Каким бы Гарри не был талантливым и одарен магически, он оставаться двенадцатилетним ребенком. И обязанность Салазара научить его, раз уж взял себе в ученики. Подготовить к жизни вне стен этого замка. Что ж, впереди шесть лет. На таких мыслях, мужчина предвкушающее сверкнул глазами и ухмыльнулся. Он сможет огранить этот алмаз, заставив сверкать его разными оттенками при свете свечей и манить к себе жадные взгляды.

Поттер вздрогнул. Ему не понравилась ухмылка на лице Наставника. Обычно такая появлялась, когда Слизерин чего-то задумывал. И как всегда все это выходило Гарри боком. В прошлый такой инцидент, слизеринец едва унес ноги. Салазар не щадя гонял подопечного, попутно увещая о его безграмотности и гриффиндорском героизме, которое именовалось глупостью.

— Мне это известно, — хмыкнул мужчина на холсте. — Но пока, — Основатель особо выделил последнее слово, — твоих родителей невыгодно трогать. Они еще не отыграли свою роль.

— И в чем эта роль заключается?

— Родителей Героя.

— Родители, ну-ну, — в голосе слышался яд, — лицемеры и глупцы. Они заслуживают лишь смерти.

— Это так. Но ты ведь не хочешь, чтобы твоим опекуном стал Дамблдор?

— Почему Дамблдор? — удивился Герой. — Есть Блэк. Он мой крестный и друг семьи. И если быть честным, он мне кажется повменяемее Поттеров. Притом, я слышал, как он высказывал свое недовольство Джеймсу — это обнадеживает.

— Нет, старик не упустит из своих рук такой трофей. Звание опекуна Избранного открывает кучу дверей перед ним, а тебя лишает последнего шанса на свободу.

— И ему это позволят?