— Никто ниоткуда меня не «заберет». Я взрослая женщина и могу находиться там, где пожелаю. — Она повернулась к Франческе: — Если, конечно, вы не захотите отказать мне в гостеприимстве из-за вопиющего поведения моего брата.

Леди Хостон одарила Калли улыбкой:

— Вам всегда рады в моем доме, Калли. — Краем глаза посмотрев на герцога, она ясно дала понять, что на него это приглашение не распространяется, и снова сосредоточила внимание на девушке: — Мне кажется, будет лучше, если я оставлю вас с герцогом наедине, чтобы вы могли обсудить ситуацию.

— Нет, Франческа, вам вовсе не обязательно уходить, — начала было Калли.

Покачиванием головы леди Хостон прервала ее:

— Не думаю, что ваш брат согласится с такими словами. Как оказалось, граф Бромвель и его семья — это личное дело герцога.

Одарив Рошфора холодным взглядом, она развернулась и вышла из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь. Наблюдая за ее уходом, герцог плотнее сжал челюсти. Он открыл было рот, чтобы заговорить с сестрой, но она опередила его.

— Как ты посмел говорить с Франческой в таком тоне? — вскричала она, гневно сверкая глазами. — Ты вел себя омерзительно, словно у тебя и правда есть право указывать ей, что делать! Кого ей принимать и кого не принимать! Сенклер, как ты мог?

— Мне отлично известно, что я не имею никакой власти над леди Хостон, — парировал ее брат. — Но я считал, что ей достанет здравого смысла не позволить мужчине увиваться за тобой так, чтобы об этом судачил весь город. Особенно Бромвелю!

— Франческу не в чем упрекнуть. Она повсюду сопровождала меня все то время, что я прожила здесь. Никто не посмеет сказать, что я совершила что-то предосудительное.

— Нет, разумеется, нет, — нетерпеливо отозвался Рошфор.

— И откуда ей было знать, что ты столь остро отреагируешь на заявление о том, что за мной ухаживает достойный джентльмен? Она даже не была знакома с лордом Бромвелем до моего приезда сюда.

— Когда я недвусмысленно заявил тебе, что не хочу, чтобы ты с ним снова виделась, думал, будет вполне достаточно, — сухо ответил герцог. — Но ты, как я вижу, предпочла проигнорировать мои слова.

— Я не ребенок, которому можно указывать, что делать и с кем встречаться, не давая никаких объяснений! Если ты имеешь что-то против Бромвеля, то должен был прямо сказать мне об этом.

Рошфор неловко переминался с ноги на ногу.

— Что? Что ты имеешь против Бромвеля? — не унималась девушка. — За что ты так его ненавидишь?

— Я его вовсе не ненавижу, — натянуто произнес Рошфор. — Я вообще никак не отношусь к этому человеку, ни хорошо, ни плохо. Это он меня терпеть не может. И так продолжается уже многие годы. Я боялся, что он захочет завязать с тобой отношения, чтобы причинить тебе вред… и таким образом сделать больно мне.

— Но почему? — спросила Калли. — Он никогда ни словом не обмолвился при мне, что ненавидит тебя. Он вообще никогда о тебе не говорил. За что ему так тебя не любить, чтобы преследовать меня с единственной целью уколоть тебя?

— Подобные вещи не обсуждаются в присутствии дамы, — скованно произнес Рошфор.

В темных глазах Калли вспыхнуло пламя.

— Тогда, боюсь, нам с тобой нечего больше сказать друг другу.

Она развернулась и направилась к двери.

— Черт побери, Калли! Я просто пытаюсь уберечь тебя.

— Уверена, что цели твои благородны. Но если при этом ты обращаешься со мной как с ребенком, подобная защита мне не нужна.

Рошфор поджал губы. Калли вздохнула и, неожиданно расплакавшись, снова устремилась к выходу.

— Подожди. — Он повернулся к ней лицом. — Калли, остановись. Не уходи. Я все тебе расскажу.

Она выжидающе замерла.

— Пятнадцать лет назад Бромвель вызвал меня на дуэль. — Рошфор немного помолчал, а затем добавил: — За то, что я обесчестил его сестру.

Глава 13

Его слова поразили Калли до глубины души.

— Что? Как он мог такое подумать?

На губах герцога промелькнула слабая улыбка.

— Ты не спрашиваешь меня, не было ли это обвинение ложным?

— Разумеется, нет. В самом деле, Сенклер, за кого ты меня принимаешь? — строго спросила Калли. — Я знаю, что ты не способен на подобный поступок, тем более если дело касается чести леди. Я не настолько наивна, чтобы не знать, что у тебя случаются… отношения с женщинами. Но я уверена, что они честны и… ну, профессиональны.

Он засмеялся, качая головой:

— Как мне вообще пришло в голову, что тебя может расстроить эта новость?

— Не знаю. Что мне действительно хотелось бы знать, так это почему Бромвель поверил в подобный наговор на тебя. Он же неглупый человек.

Рошфор пожал плечами:

— В то время он был очень молод и коварно обманут. Он не был знаком со мной и не знал, что не в моих правилах навязываться женщинам — или соблазнять добропорядочных дам. Он с легкостью уверовал в то, что я… увлекся леди Дафной. Половина мужчин света были ею… скажем так, очарованы.

— А ты?