Читаем Котел полностью

– Что ж ты, падло, два раза вышел на Майдан, крякнул что-то невразумительное и заграбастал премьерскую должность. А я… сколько долларов потратил на содержание этого Майдана, а получил кукиш. Это несправедливо.

Всемогущей Яруш подтвердил претензии Вальцманенко.

– Подумаем, потерпи, друг, – сказал Яйценюх и убежал в свою клетку.

Тут и Юля явилась, опираясь на костыль.

– Яйценюх, я же тебя сделала руководителем своей партии под названием «Батькивщина», а ты теперь нос стал задирать. Я в президенты собираюсь. Сделай что-нибудь, это твой долг. Президентское кресло – моя мечта со дня рождения. Я сделаю Украину процветающим государством, а всех кацапов уберу с лица украинской земли. Я уже веду переговоры с крымскими татарами, они согласились кусать русских, выживать их с насиженных мест. Я там домище построю, получше своего дяди Коломойши, он же наш брат по крови. Ты вспомни, кто ты есть, Яйценюх.

– Юля, госпожа, все так, но и ты напряги память. Кто тебя освободил из президентского дворца, то есть каземата? Яйценюх, Яцек. Ты и сегодня бы там сидела, если бы не я. К тому же я подрос…самостоятельно. Но…, помня наши отношения, я пойду тебе на уступку. Мы с твоим бывшим дружком Трупчиновым посоветуемся и назначим выборы президента.

– Так ведь этого сбежавшего к москалям президента срок еще не закончился, как быть?

– Не переживай. Я обращусь к Нудельман, или Нуланд, как она официально именуется, а то и прямо к Бараку, он мне все разрешает и этот сложный вопрос тоже будет разрешен, вот увидишь.

– Я тебя отблагодарю. Хочешь в сауну?

– Что-то не тянет. А потом, ты выглядишь старушкой, омолодись.

– Я не ожидала от тебя такой дерзости, Яйценюх. Я еще баба ого!

– Я пошутил, конечно. Просто мне преподносят всякую грязь на тебя.

– Какую, говори, не стесняйся.

– Когда ты была в моем премьерском кресле, ты часто ездила в Евросоюз и обслуживала там всех чиновников и всех министров, а среди них такие уроды, просто жуть. Взять того же Штайнмаера, или Баррозу. Ни одна женщина им уступила бы, а ты…, как ты могла? С адвокатом Власенко ты на тюремной койке спала. Это зафиксировали видеокамеры. Не отпирайся, сучка.

– Яйценюх, я с тобой рядом не лягу. Ты не обрезанный, как мой бывший муж. А от этого всякие головные боли. А выборы президента в мае этого года, я не могу долго ждать. Если выборов не будет, я тебя исключу из своей партии. Это не обойдется без последствий.

Перепалка могла продолжаться еще очень долго, но в кабинет Яйценюха ворвался Яруш, он тащил за шиворот Трупчинова. Трупчинов увидел Юлю, свою бывшую Афродиту, обрадовался и сказал своему мучителю:

– Отпусти, договоримся.

– Господа, садитесь, – предложил Яйценюх. – Какие проблемы? Мы тут все свои.

– Я хочу зарегистрировать свою кандидатуру в президенты. Если я стану президентом – России конец. Вы поняли? Конец. Возможно, она сама сдастся во избежание кровопролития, поскольку реки крови будут литься по Красной площади и по Ленинскому проспекту, где мне однажды накостыляли москали. А этот баптист упирается. Он говорит: пусть Юля поцарствует хоть несколько лет, а потом мы ее задушим в постели, а врачи напишут диагноз: умерла от перенапряжения, балуясь с двумя мужчинами одновременно.

Юля расхохоталась вместо того, чтобы обидеться или расплакаться.

– Ну, так что? – спросил Яйценюх. – Регистрируйся. Все бандеровцы Украины будут голосовать за тебя.

– Это опасно, – возразила Юля.

– Почему? – спросил Яйценюх.

– Да потому что вся Украина скоро станет бандеровской. Дмитро Яруш, он обладает гипнозом. Покорить Киев, где раньше я занимала первое место в рейтинге, да это мог только Гитлер. Яруш – внук Гитлера, один его взгляд приводит в дрожь. Хайль Гитлер, хайль Яруш!

– Ну, это же добровольно. Просто народ чувствует угрозу с севера и сам тянется ко мне, а я, что я могу сделать? Я только радуюсь.

Вскоре в кабинет Яйценюха ввалился Петро Вальцманенко.

– Здесь регистрация кандидатов в президенты? Я вот принес пять миллионов долларов в качестве залога. Могу и десять. Зарегистрируйте меня. Я накормлю шоколадом всю страну. Эй, холуи, внесите ящики с шоколадом.

Несколько женщин внесли десять ящиков и начали их распаковывать.

– Они отравлены, – заревела Юля. – И вообще Петро олигарх, он связан с Путиным, у него в России фабрика. Петя, уймись. Когда я сожгу Москву атомным оружием, сгоришь и ты. Зачем тебе это надо, скажи? Ты что, умереть хочешь.

– Кто стучится? Кто? – взревел Яйценюх.

Тут ворвался Царев, тоже кандидат.

– Дай ему по башке, это не наш, это москаль, гоните его, ребята. Вот, еще один. Это Добкин, где мешок с цементом, где зеленка? Ату его!

Олег Царев был жестоко избит, а Добкина обсыпали известью, а потом вылили ему на голову дефицитную зеленку. Добкин мужественно перенес это оскорбление и немного отошел, когда Вальцманенко достал для него новую рубашку, поскольку старая, обильно смоченная зеленкой нательная рубаха уже не годилась.

Вдруг, без стука ворвалась Виктория Нудельман. Скривив рот и захлопав подслеповатыми глазами, она воскликнула:

– Шьто тут происходит?! Как не есть стыдно?