Я сжала губы и ждала, стараясь не думать о том, какой приятной ощущалась его магия. Или о том, как это чувство напоминает мне тот момент, когда я пила из него, и его кровь пульсировала в моем теле. Я закашлялась, подавляя стон, который так и гудел в моем горле.

— Дело сделано, — сказал Неро, казалось, спустя целую вечность мучительного экстаза.

Я едва не закричала, когда он убрал ладонь с моей руки. Он исцелил мои раны, но когда последнее эхо его магии покинуло мое тело, я почувствовала себя еще хуже, чем раньше. Я чувствовала себя пустой. Как пустая раковина.

— Подожди, — сказала я, хватая его за руку прежде, чем успела это осознать.

Неро ждал с непроницаемым выражением лица.

— Я… — я прочистила горло. — Я рада, что ты не умер.

— Твоя кровь меня исцелила, но это едва не убило тебя. Ты безрассудна. И глупа.

Мое сердце гулко колотилось в груди, я убрала руку, но он поймал мою ладонь. Неро раздвинул пальцы, переплетая их с моими и опуская голову ко мне.

— Я тоже рад, что ты не умерла, — прошептал он в мои губы.

А потом его рот завладел моим. Неро целовал меня с жаждой, от которой его мраморный фасад разлетелся на куски, оставляя лишь дикого чувственного зверя — ту его сторону, которую я до сих пор видела только мельком. Я вцепилась в его обнаженную спину, притягивая его ближе с таким же темным и отчаянным желанием, как его собственное.

Внезапно Неро застыл. Он отстранился, вскакивая на ноги. Я вскочила следом, более чем готовая утянуть его обратно за собой. Пока я не увидела ее. Никс стояла в дверном проеме, одной рукой небрежно опираясь на косяк, вторую уперев в бедро.

— Не позволяйте мне мешать вашему радостному празднованию триумфа над смертью, — сказала она, и в ее льдисто-голубых глазах сияло веселье.

Неро стоял рядом со мной, неподвижный как статуя. Неизбежная волна смущения накрыла меня, и я отошла от него на шаг. Хоть мое тело было настороже — даже слишком напряжено — голова все еще слегка кружилась. Я просчиталась и врезалась плечом в стену.

— Отдохните несколько минут, — сказала Никс. — Вы двое только что спасли сотню людей, не дав им разлететься на куски.

— Просто делаем нашу работу, — сказала я ей.

Ее темно-красные губы приподнялись в улыбке.

— Да, действительно делаете.

Глава 24

Жизнь и Смерть

Несколько минут спустя в голове достаточно прояснилось, чтобы я снова попыталась ходить. Я проделала весь путь по коридору — до самой дыры в боку дирижабля — не споткнувшись и ни во что не врезавшись. Неро догнал меня. Я не видела его с тех самых пор, как ранее он покинул капитанскую каюту с Никс.

Снаружи дирижабля собрался Легион во всей его мощи, грузя ведьм в фургоны Легиона, чтобы отвезти их в город для нормального осмотра. Солдаты с любопытством смотрели на нас с Неро, пока мы шли мимо них к Никс. Первый Ангел руководила этой сценой с естественной грацией, как будто была создана именно для этого. Она была самым могущественным ангелом на Земле. Она командовала армиями и владела огромной магией. Она могла спасать падающие дирижабли и читать мысли на расстоянии сотен миль. Должно быть, именно так она очутилась в нужное время в нужном месте.

— Не совсем, — сказал Неро. — Я отправил ей сообщение, когда мы взошли на борт дирижабля.

— Когда ты нашел на это время? — спросила я. — И прекрати читать мои мысли.

— Я мультизадачен, — ответил Неро на мой первый вопрос. — И тяжело тебя блокировать, когда ты хочешь, чтобы я услышал твои мысли.

— Я никогда не хотела, чтобы ты читал мои мысли.

— Ты не очень-то хорошая лгунья.

— А ты не очень-то умеешь поддерживать разговор, — парировала я. — Так ты сообщил Никс, когда дирижабль оказался поврежден?

— Нет, я догадалась о ваших проблемах, когда ошметки нью-йоркского дирижабля для ночных вечеринок начали падать с неба, — сказала Первый Ангел, жестом подзывая нас ближе. — Когда я услышала, что «Затонувший корабль» вот-вот рухнет на стену, я пришла, чтобы этому помешать.

— Вы такая могущественная, — сказала я ей.

— Я же Первый Ангел, самый могущественный ангел в мире, вторая после богов, — она подмигнула мне, как будто не воспринимала себя всерьез, как стоило. — Я послала солдат, чтобы они доставить лидеров нью-йоркских стай для допроса. Если за этим стоят демоны, мы узнаем.

— Оборотни подставили ведьм, чтобы отвлечь внимание от самих себя в расследовании Легиона, — сказала я. — И они убедили этого озлобленного ведьмака им помочь.

— Да, полковник Уиндстрайкер посвятил меня в то, что вы обнаружили, — ее полные красные губы поджались в жесткую линию. — Оборотни вскоре узнают, что их попытки дали результат, противоположный тому, на какой они надеялись. Они будут в самом центре нашего текущего расследования демонического вторжения.

Я не ожидала ничего другого. Легион функционировал по принципу абсолютного авторитета. Они должны показывать всем, что контроль принадлежит им — и подрыв этого контроля никому не сойдет с рук.

— Вы покрыты кровью и вам недостает половины одежды, — сказала нам Никс. — Возвращайтесь в Нью-Йорк. Завтра утром я ожидаю полный отчет по вашему приключению.