– Круто, – Стас впервые за все время контакта искренне и почти с восхищением рассмеялся. – Я такую тему даже не поднимал. Ир, я жрать, конечно, хочу, но могу и без котлет рассказать и выложить то, что у меня есть. Просто думал, что тебе неинтересно больше. Я, между прочим, сталкерил за Костей все время, пока его устройства не накрылись. А потом все видосы выстроил в правильном порядке… И вышло у меня полное кино, там ответы на все вопросы. Но не к ментам же мне с этим идти. Да и смысла никакого: Кости все равно больше нет. Ира… я даже не подумал, что тебе это так сильно надо. Делал работу типа для себя. Это просто интересно.

– Господи, дурачок ты мой, ты не думал, что мне это надо? Из-за глупой ссоры? Так мне сейчас только это и надо. Я в жутком потрясении и в темноте. Ты, наверное, никогда не станешь взрослым при всем своем уме. Только не думай, что я опять тебя упрекаю. Не отворачивайся больше от меня, очень тебя прошу.

– Так. Повторения сцены с рыданиями предлагаю избежать, – авторитетно заявил Кольцов. – Стас, то, что ты сказал, слишком важно, чтобы утопить суть в слезах и объятиях. Но делаем все в порядке договоренности. Сначала котлеты для поддержания сил, потом твоя коллекция собранных и скрытых от всего мира фактов. Вот сейчас я понимаю, что не зря так стремился к вам, мои, теперь явно дорогие, друзья.

Через несколько часов Кольцов стремительно вошел в кабинет Земцова.

– Слава, тебе не хватит фантазии представить, с чем я к тебе пришел. При всей моей уважительной вере в твое проверенное воображение…

– Интересное начало, – без энтузиазма отреагировал Земцов. – Только если у тебя это надолго, давай немного перенесем. У меня сейчас важный телефонный разговор, а потом короткое совещание с группой.

– Не сомневаюсь, старик, что только ты и работаешь у нас без вздоха и стона. Но дай мне молвить пару слов, и ты сам срочно отключишь свои телефоны и закроешь дверь на ключ изнутри. Потому как я принес ответы если не на все наши вопросы, то, по крайней мере, на многие. И это не слова, не догадки, не версии. Это конкретные факты, минуты, часы, слова, реакции, действия людей, в том числе и тех, кого больше нет в живых. Это записанные эпизоды зловещих преступлений. Это самые достоверные свидетельства.

– Надеюсь, это не шутки и не результат переутомления?

– Это другой результат. Тот, который судьба и справедливость посылает в самых редких случаях таким загнанным скакунам, как мы с тобой. За терпение и бессонный поиск.

– Стоп. Хватит пафоса. Или говоришь, что нарыл, или закрываешь дверь с той стороны.

– Мое вступление и суть того, что ты сейчас увидишь, обозначу одной фразой. Эта мелкая сволочь – обыкновенный гений с большими ушами и сопливым носом. Пока мы сбивались с ног и путались в направлениях, мальчишка выстраивал для себя интересное кино. Оно состоит из реальных, записанных профессиональной техникой эпизодов того, что происходило в квартире Серова до и во время пожара! И это самое блестящее расследование из всех, какие я видел. Если ты не понял, этот малый – киберсталкер, и он не отключался от устройств зятя до тех пор, пока зять и устройства не прекратили свое существование. Потом выстроил документальный материал как настоящий, прожженный профи. И тоже только для собственного удовлетворения, иные мотивы, как и других зрителей, этот сволочной гений исключил по причине ясельной обиды на сестру, которая перестала им восторгаться, как ему показалось.

– Заинтересовал, не скрою. Отключаю телефоны и готов посмотреть. Только сначала намекни, что заставило мелкого говнюка передумать да еще отдать свое сокровище частному детективу, практически менту, которых такая мелочь чаще всего ненавидит больше родных мам и пап.

– Ничего особенного, – скромно ответил Кольцов. – Просто слезы сестры, запах мамкиных котлет и ненавязчивое обаяние упомянутого детектива, чья особенность – быть антиподом ментам.

<p>Часть восьмая. В петле побед и поражений</p>

<p>Экстремальное кино Стаса</p>

Серия: КОСТЯ

Вольский стоит с телефоном в квартире Серова. Его голос:

– Алексей, я приехал. Стою в прихожей, не хочу заходить туда, где застолье. Лучше до всего нам поговорить, потом трудно будет остаться без компании. Юля сказала, что у тебя конфиденциальная просьба.

Голос Серова:

– Так и есть, Костя. Очень тебе благодарен, что отозвался. Юля с тобой?

Вольский:

– Нет. Она предлагала поехать вместе, но я подумал, что конфиденциальная просьба – это между двумя. Если честно, нам обоим будет комфортнее без нее.

Голос Серова (немного встревоженный):

– У тебя что-то конкретное против Юли?

Вольский:

– Просто такое правило: важные темы обсуждать без третьих лиц… Хотя да, есть кое-что против. Ничего серьезного, наверное, но я пару раз ловил Юлю на вранье. Кроме того, что она общается среди прочих с людьми, которых лично я не хотел бы посвящать в подробности своих дел.

– Я понял. Видимо, ты прав, я плохо разбираюсь в том, что происходит без камеры и не на экране.

Алексей Серов появляется в прихожей, вплотную приближается к Вольскому.