Читаем Костанътинъ (СИ) полностью

- Итак… – Профессор Люпин вытащил свою волшебную палочку, жестом показав Константину, чтобы он сделал то же самое. – Заклинание, которому я собираюсь тебя научить, Константин, – это магия высшей категории, которую не изучают в школе. Оно называется заклинание Патронуса. Не слышал?

- Нет. Потому что я не особо интересуюсь защитными чарами... А как оно действует? – занервничал слегка Константин.

- Если все сделать правильно, заклинание вызовет Патронуса, – пояснил Люпин. – Патронус – что-то вроде покровителя, будет тебе щитом против дементора. В общем, антидементор.

- А на что он будет похож? На оружие, типа щита, или на что-то другое?

- У каждого получается свой патронус... Патронус – это вид положительной силы, воплощение всего, что дементоры пожирают – надежду, счастье, стремление выжить. Но в отличие от человека, Патронус не знает, что такое отчаяние, и поэтому дементор не в состоянии причинить ему вреда, – продолжил профессор Люпин. – Однако я должен предупредить, что заклинание может оказаться для тебя слишком сложным. Оно бывает не по силам даже опытным волшебникам.

- А как вы его вызываете?

- Надо сосредоточиться на одном-единственном, самом счастливом воспоминании и произнести магические слова, – объяснил профессор.

Константин задумался. У него было много счастливых воспоминаний... Но что выбрать?

В поисках ответа он вопросительно взглянул на профессора.

- Что такое? – спросил тот.

- Это может быть обычное воспоминание или что-то совсем особенное, твое, лично?

- Какое принесет тебе больше положительных эмоций. И никакого отрицательного эффекта. – Улыбнулся преподаватель.

- Тогда я нашел.

- А теперь слова… – Люпин прокашлялся. – Экспекто патронум!

- Экспекто патронум, – проговорил Константин, стараясь соблюдать ударение. – Экспекто патронум.

- Ты хорошо сосредоточился на счастливом воспоминании? – спросил Люпин.

- Угу.

- Тогда... Мы должны на ком-то попрактиковаться. – У Люпина ярко сверкали глаза.

- Ну не на живом же...- пробурчал Константин.

- Рад, что ты это понимаешь. Нет, нашим опытным образцом будет боггарт. Увидит тебя и превратиться...

- Понял.

Люпин с учеником поднялись с кресел и направились к шкафу. Шкаф, как увидел парень, мелко подрагивал.

- Готов?

- Да.

Из шкафа медленно поднялся дементор, его закрытое капюшоном лицо повернуто к Константину, а блестящая чешуйчатая рука крепко вцепилась в мантию. Лампы замигали и погасли. Дементор, хрипло дыша, медленно поплыл к нему. И на Константина накатилась знакомая до боли волна ледяного холода…

- Экспекто патронум! – завопил он.

Но и кабинет, и дементор уже растворялись в знакомом густом белом тумане. В голове эхом отдавались крики родной матери, и звучали они куда громче, чем раньше.

«Только не Гарри! Только не Гарри! Пожалуйста, я сделаю все, что угодно…»

«Отойди… Отойди, девчонка…»

И другое воспоминание...

«... тихо, тихо-тихо... – шептал ему сорванный, дрожащий от волнения голос отца. Он гладил дрожащего с головы до пят мальчика. Прямо перед их глазами загорелся капот машины.- Сейчас. Не бойся, все хорошо... Я с тобой, все...»

- Константин! – позвал откуда-то голос.

Он вернулся в реальность. Он лежал на полу ничком. В комнате горел свет. И ему даже не надо было спрашивать о том, что случилось.

- Извините, – прошептал он, садясь. Пот, обильно выступивший на лбу, застилал глаза.

- Как ты себя чувствуешь? – встревожено спросил Люпин.

- Ничего… – ответил, противно хрипя аж самому мерзко стало, Константин. Ухватившись за ближайший стол, кое-как встал на ноги и прислонился к нему. Первый раз провален просто блестяще!

- Съешь. – Люпин протянул ему шоколадную «лягушку». – Надо съесть перед следующей попыткой. Я знал, что с первого раза не получится. Более того, я был бы крайне удивлен, если бы получилось.

Мальчик кивнул, думая о своем. Значит, это воспоминание было не столь мощным. Значит надо совсем другое, противоположное...

- Готов? – спросил Люпин, опуская руку на дверцу шкафа.

Тот кивнул. И все началось по-новой...

Мальчик тогда представил и вспомнил одно из хороших своих воспоминаний. Пикник. Общий пикник, устроенный странами. Территория, которая была выбрана для проведения, Россия и Иван щедро принимал гостей.

Никогда после он не видел всех крестных, своего отца и других стран такими мирными, забывшими о всех тревогах, волнениях, своих национальных интересах, политики, президентах... Они все радостно смеялись шуткам дяди Артура, подпевали песням на гитаре в руках Ивана, демонстрациям смешных сцен в лицах дяди Яо и бесконечному потоку историй дяди Альфреда... Язвительный дядя Гилберт, постоянно получавший за свои поползновения к Венгрии от ее тефальки-сковородки как по волшебству появлявшейся в нужное время, в нужный момент... Хохот друзей-прибалтов. Наташка, весело обсуждавшая последние новости моды с Олей и Лихтенштейн... Германия с Италией, рассуждавшие о живописи... И много-много других стран, которых он видел только тогда...

Любовь... Дружба... Участие... Тепло...

Дементор возник вновь, просочившись змейкой из шкафа.

- Экспекто патронум!