Читаем Костанътинъ (СИ) полностью

Вскоре сборная Гриффиндора по квиддичу встречалась со сборной Слизерина. Обе команды умудрились набрать равное количество очков, а Константин демонстративно не надевал символику и своего факультета и гриффиндорского – не хотелось обижать Рона, с которым вот-вот установились хрупкие, но все же дружественные отношения.

Хотя школа говорила про них так – гриффиндорец подружится со слизеринцем только лишь когда настанет конец света.

Вообще матч кончился довольно забавно – оба ловца дружно и одновременно вцепились в снитч. Так что победа в равной степени принадлежала обеим командам.


Как-то раз мальчик очередной раз пришел в учительскую за ключами – надо было еще раз прогнать танец. Он постучался в двери, точно зная о том, что профессор там.

Но не получил ответа.

- Профессор, можно? – громче крикнул Константин.

- Нет, подождите мистер Брагинский! – приглушенно раздалось из-за двери.

- Хорошо, сэр!

Он простоял под дверью учительской не менее пяти минут. Наконец-таки дверь дернулась и распахнулась, и Снейп жестом подозвал его вовнутрь.

Филч прошмыгнул мимо Константина, когда тот только собирался зайти, больно задев его плечом. Он что-то нес в руках. По быстрому, оценивающему взгляду Константина это были грязные и в крови бинты.

Мальчик зашел в учительскую.

То, что сразу бросилось ему в глаза – Снейп сильно хромал. На правую ногу. Он подошел к большому шкафчику, где висели все ключи от всех кабинетов школы и нашел искомый Константином предмет.

- Профессор, с вами все в порядке? Вы ногу повредили? – спросил Константин с жалостью, мгновенно вспоминая о травме, которую получил однажды на его памяти отец.

Отец просто проклинал ее – нога болела при самой мало-мальски слабой ходьбе и не давала жить полной жизнью.

- В порядке, Брагинский. Вот ключ, – Снейп, хромая, подошел к нему и протянул ключ.

- Спасибо большое, сэр, – поблагодарил он.

Константин взяв нужное ему, сразу же ретировался. Не его ума дело, хоть и безумно интересно, где и при каких обстоятельствах профессор получил эту травму.


Стремительно приближалось Рождество. Многие из одноклассников уезжали на зимние, рождественские каникулы, в том числе и Гермиона. Драко тоже уехал из замка. Рон клятвенно заверил, что не выдержит в семье и полчаса, а еще к тому же к ним приезжают и его старшие братья... Так что дома у него и без него самого будет тесно.

И он действительно остался.

Все школьники с нетерпением ждали каникул и уже не могли думать ни о чем другом.

Однажды на землю выпал снег и остался лежать словно белое одеяло. В замке стало более зябко, и в коридорах начали покрываться инеем оконные стекла.

Одному Константину все было нипочем. Он продолжал бегать в одной футболке, хотя один раз на него так изумленно поглядела МакГоннагалл, на которую он благополучно наткнулся рано утром, что он зарекся так легко больше не одеваться.

А еще...

- ... Константин, ты действительно уверен в этом? – подняв брови, произнес Рон, ежась от холода и кутаясь в теплый вязаный шарф.

Они оба стояли в заснеженном дворе школы. Только что проводили Гермиону, которая уезжала на праздники к родителям.

Константин весело улыбнулся и стянул с себя свитер, майку, а затем и кроссовки. И стал на снег. Голые ноги ощутили знакомую снежную прохладу. Он был полуобнажен по пояс.

- О, как же хорошо! – воскликнул он на русском, делая первый шаг. Теперь снег стал обжигать. Глаза Рона, казалось, вот-вот выскочат из орбит. – Сезон открыт!

Мальчик громко засмеялся.

- Ну, Рон! Всего-навсего минус пара-тройка градусов!

- Вот именно, что минус! – Рон еще больше укутался в свой шарф. Ветер пронизывал его буквально насквозь.

- Брагинский! – послышался сзади чей-то голос, и Рон подпрыгнул на месте от неожиданности. К ним шла знакома, неизменно закутанная в черное фигура.

Снейп. Видимо, тоже вышел подышать свежим морозным воздухом.

- Здравствуйте, сэр, – произнесли оба мальчика.

- А, мистер Уизли... – Рон старался не встречаться со злобным преподавателем глазами.

- Брагинский, что это за вид?! Оденьтесь!

- Ну так тепло, сэээр, – возразил Константин подергивая плечами, – пора открывать сезон снега...

- Тепло? – хмыкнул Снейп оглядывая его с ног до головы, – вы потом мадам Помфри это скажите... Еще и голыми ногами по снегу...

- А вы уверенны, что я к ней попаду, сэр? – с иронией спросил у него Константин.

- И вы всегда так делаете?

- Обычно я это делаю с отцом. Он закалял меня с малых лет. Он вообще морозов не боится, сам родился практически на снегу. Больше минус десяти – для нас это пустяк...

Рону, судя по его виду, стало явно еще холоднее. Константин пожал плечами, наклонился, зачерпнул снега и слепил из него снежный снаряд. Рукам стало прохладно и мокро.

Снейп хмыкнул, развернулся и пошел к воротам Хогвартса.

- Все-таки он пренеприятный тип, – заметил Рон, как только преподаватель оказался вне досягаемости звука голоса.

- Он мой декан. Своеобразный человек, скорее всего, – глаза мальчика весело поблескивали и сейчас в них больше всего было фиолетового цвета. – Ну что, снежки? Обороняйся!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Там, где раки поют
Там, где раки поют

В течение многих лет слухи о Болотной Девчонке будоражили Баркли-Коув, тихий городок на побережье Северной Каролины. И когда в конце 1969-го нашли тело Чеза, местного плейбоя, жители городка сразу же заподозрили Киа Кларк – девушку, что отшельницей обитала на болотах с раннего детства. Чувствительная и умная Киа и в самом деле называет своим домом болото, а друзьями – болотных птиц, рыб, зверей. Но когда наступает пора взросления, Киа открывает для себя совсем иную сторону жизни, в ней просыпается желание любить и быть любимой. И Киа с радостью погружается в этот неведомый новый мир – пока не происходит немыслимое. Роман знаменитого биолога Делии Оуэнс – настоящая ода природе, нежная история о взрослении, роман об одиночестве, о связи людей, о том, нужны ли люди вообще друг другу, и в то же время это темная, загадочная история с убийством, которое то ли было, то ли нет.

Делия Оуэнс

Детективы / Прочее / Прочие Детективы / Современная зарубежная литература