– Я видел ее только со спины, – сказал Мицухидэ. – Большинство фонарей уже не горело, так что я не смог ее разглядеть более детально, но ее оби на кимоно был завязан спереди.

– Проститутка? – уточнил Хиро.

– Никто больше таким образом оби не носит, – подтвердил Мицухидэ. – Потому и заметил. Тогда я подумал, что она крадется, чтобы никто не узнал, что она выходила. Но узнав о смерти Хидэёши, я задумался, может быть, это она была убийцей. Или, по крайней мере, еще одним свидетелем, который мог что-нибудь видеть. Если вы сможете найти ее.

– Вполне возможно, – сказал Хиро.

– Спасибо за то, что проделали весь этот путь, чтобы поговорить с нами, – сказал отец Матео. – Вы, возможно, спасли две жизни.

– У меня есть еще один вопрос, – сказал Хиро. – Был ли у Хидэёши другой источник доходов, помимо пособия, выплачиваемого сёгуном?

– Если и так, то мне об этом ничего не известно, – ответил Мицухидэ. – Хотя меня бы это не удивило. Чайные дома – удовольствие не из дешевых, а Хидэёши проводил там много времени. Однако мы не так хорошо друг друга знали, я не часто приходил к нему. Мы вряд ли стали бы обсуждать его дела.

Мицухидэ поднялся и выпрямил ноги.

– Благодарю за ваше гостеприимство. А сейчас, как мы и договаривались, мне пора уходить.

– Может, хотите отдохнуть? – спросил отец Матео. – Мы найдем место, где вы сможете поспать.

Мицухидэ снисходительно улыбнулся, словно родитель, который пытается не рассмеяться над ошибкой ребенка.

– Думаю, будет лучше, если я уйду. Вам не удастся спасти те жизни, да и несколько других, если приближенные сёгуна узнают, что я здесь.

Глава 37

Хиро проводил Мицухидэ до двери и вернулся к очагу как раз вовремя, чтобы услышать, как отец Матео говорит:

– Ты вообще представляешь себе, насколько рисковал?

– Вряд ли риск был, – хмыкнул Луис. – Эти японцы прекрасно знают, если они мне что-нибудь сделают, их император в мгновение ока срубит им головы. Кроме того, они все в курсе, что я вооружен. А я стреляю гораздо лучше, чем они.

Луис перевел взгляд со священника на очаг, его руки ерзали на коленях. Хиро был впечатлен необычным скромным поведением торговца.

Но на этом разговор не закончился.

– Даже ты сейчас уже вполне способен найти убийцу, – обратился к Хиро Луис. – Особенно, если учитывать, что кто-то самое трудное сделал за тебя.

– Возможно, и способен, – сухо ответил Хиро. – Однако у меня к тебе еще один вопрос. Откуда такая уверенность, что торговец не убийца? В противном случае, ты бы за ним в погоню не бросился.

Даже Луис не был настолько глуп. Но эту мысль Хиро оставил при себе.

– Он показался мне очень знакомым, – сказал Луис. – Он сказал, что мы раньше не встречались, но он не был напуган и не таращился на меня, как все остальные. Я просто считал его коварным и эгоистичным ублюдком, как и всех других торговцев его сорта, но, когда ты показал мне неразборчивую печать и рассказал об убийстве, я понял, что видел его прежде. Он выглядел иначе с по-другому стриженными волосами, и еще эта его поеденная молью одежда... но вчера вечером я понял, кто он такой. И догадался, что он не убивал своего брата. Даже нрав самурая имеет свои пределы.

– Почему ты ничего не сказал нам перед отъездом? – спросил отец Матео. – Я подумал...

Луис фыркнул.

– Ты подумал, что я сбежал, чтобы спасти свою шкуру. Неужели, Матео? Такие мысли я мог ожидать от него, – он махнул на Хиро, – но только не от тебя.

– Но ты забрал императорский пропуск.

– Без него я не смог бы миновать баррикады. Прости, что не сказал о своей поездке, но я не хотел, чтобы у тебя была надежда. Я мог и не найти его или вообще ошибиться на его счет.

Раздался стук в дверь. Из кухни появилась Ана, исчезла в фойе и вернулась мгновение спустя.

– Это рыбак, он пришел поговорить с отцом Матео. – Ана вздохнула, вскинула руки и направилась на кухню, бормоча себе под нос: – Хм... Вечно приходит молиться. Ходит в любое время, но хоть бы раз ради приличия принес рыбешку или две.

Отец Матео, извинившись, ушел. Хиро воспользовался возможностью и оставил самодовольного Луиса в одиночестве у очага. Торговец все еще не нравился синоби, но он умел признавать хорошие качества даже у неприятных ему людей. Теперь он не любил Луиса чуть меньше.

Хиро ушел в свою комнату и достал обрывки листов из чайного дома Сакуры. Он положил их на письменный стол и долго смотрел на них, думая о том, что он знает об убийстве. Пока его мысли перескакивали с одного факта на другой, Хиро понял, что улыбается. Несмотря на риск для него самого и для отца Матео, расследование убийства позволило ему вспомнить те навыки, которые оказались не нужны ему с самого приезда в Киото. Навыки, которые когда-то спасли ему жизнь. Он каждое утро тренировался, чтобы не растерять своих способностей, но Хиро скучал по восторгу, который испытывал, когда рисковал жизнью.

Пока он сидел задумавшись, из-под стола показалась тоненькая черная лапка и схватила страницу учетной книги.

– Эй!