Слова Хидэтаро прозвучали искренне, к тому же он встретился взглядом с Хиро, но его поношенная одежда и постаревшее лицо делали подобное заявление вряд ли возможным. Хиро увидел еще одну проблему, но этикет не позволял ему поднимать этот вопрос.

– Хидэёши не возражал? – спросил отец Матео. – В конце концов, он часто ее посещал.

Хиро чуть не поперхнулся чаем. Это был именно тот вопрос, который он никогда бы не осмелился задать. Ему было интересно, задавая такой нескромный вопрос, иезуит полагался на то, что он чужеземец, или действительно был настолько невежественным. Он подозревал, что последнее, но, взглянув на священника, так ничего и не понял. Как и всегда, лицо отца Матео озаряла приятная и искренняя улыбка.

– Не больше, чем я возражал против его визитов к ней, – ответил Хидэтаро.

Такой неоднозначный ответ был достоин синоби. Хиро не ожидал подобного умения от самурая.

– Хидэёши любил компанию Саюри, – продолжил Хидэтаро, – но он хотел, чтобы я выкупил ее контракт. Он думал, что она заслуживает лучшей жизни, чем та, которая у нее сейчас в чайном доме.

– Он не возражал, что его брат собрался женится на гейше? – спросил Хиро. Самурайская честь запрещала жениться на людях, которые не принадлежат касте самураев.

Хидэтаро немного поерзал.

– Несколько месяцев назад я хотел стать монахом. В глазах Ёси, брак был бы предпочтительнее.

У самураев не принято обсуждать семейные проблемы публично. Сам по себе намек привел к завершению разговора. Повисло неловкое молчание.

Наконец отец Матео сказал:

– Его смерть, должно быть, стала для вас ужасным ударом.

– Да, – сказал Хидэтаро. – Я узнал об этом утром в чайном доме. Маюри отказалась принять плату. Она сказала, что не может взять деньги, потому что Нобухидэ намеревается казнить Саюри. Еще она рассказала мне про ваше расследование и про то, что вы надеетесь доказать невиновность Саюри.

– Вы встречались с Саюри? – спросил Хиро.

– Нет. Маюри не позволила бы.

– А когда вы в последний раз ее видели? – уточнил Хиро.

– Неделю назад или чуть больше. Я не могу позволить себе посещение чайного дома... то есть я должен копить деньги, чтобы выкупить ее контракт. Вы должны доказать ее невиновность. Она этого не делала.

– Сделаем все, что в наших силах, – сказал отец Матео.

Хидэтаро встал. Он двигался медленно, словно его раненая нога все еще болела.

– Спасибо за чай.

Хиро проводил гостя до двери. Когда они дошли до выхода, Хидэтаро сказал:

– Мне кажется, этот чужестранец хороший человек. Вы не находите странным тот факт, что служите ему?

– У него, как и у любого другого человека, есть хорошие и плохие качества, – ответил Хиро, пока Хидэтаро надевал сандалии.

Хиро кивнул на обувь:

– От вчерашнего дождя осталось много грязи.

– Правда? – спросил Хидэтаро. – Я спал дома.

– Действительно. – Хиро поклонился. – Спасибо, что почтили нас своим визитом.

Хидэтаро вернул поклон и удалился, шагая медленно, чтобы никто не заметил его хромоты.

– Полагаю, мы можем исключить его из нашего списка подозреваемых, – сказал отец Матео, пока они наблюдали за тем, как самурай идет по узенькой дорожке.

– Совсем наоборот, – ответил Хиро. – Он только что прочно там обосновался.

Глава 17

– Ты правда думаешь, что Хидэтаро убил брата? – спросил отец Матео.

– Я думаю, он был не совсем честен, – сказал Хиро, – что заслуживает отдельного расследования. Кстати, а где Луис?

– Наверное, лег подремать, – ответил отец Матео. – Думаю, он закончил свои дела на сегодня.

– Именно их нам и надо обсудить. – Хиро пересек гостиную и постучал по двери, ведущей в комнату торговца. – Луис, ты не спишь?

Хиро услышал шорох и стон, сопровождающиеся звуком шагов, направляющихся к двери. Она с грохотом открылась, на пороге возник Луис. Его глаза были затуманенными ото сна, а длинные волосы топорщились вокруг лица.

– Сплю. Чего тебе надо?

– Информацию о торговце рисом, которому ты этим утром продал оружие. Он случайно не из Нагои?

Луис моргнул и сонное выражение исчезло с его лица.

– Откуда ты узнал?

– Я думаю, что ты вел дела с убийцей.

– Все мои клиенты убийцы. А кто из японцев не убивал?

– Луис. – К двери подошел отец Матео. – Мне кажется, я понимаю, о чем говорит Хиро. Прошлой ночью торговец из Нагои посетил Чайный дом Сакуры. Мы думаем, он мог убить Акеши Хидэёши. Если это один и тот же человек, мы надеемся, ты поможешь нам его найти.

Дверь отъехала до конца, и Луис вышел в гостиную. На нем была все та же рубашка, что и утром, и чистые темные бриджи. Перед сном он снял свою куртку, поэтому подол рубашки свободно свисал с его обширного живота. Хиро редко видел такой неподобающий костюм.

– Акеши? – повторил Луис. – Это имя покойного?

– Да, – ответил отец Матео. – Ты его знаешь?

– Это может быть простым совпадением. У этих японцев в ходу всего фамилий двадцать.

– Любая информация может помочь, – сказал отец Матео.

Луис задумавшись почесал грудь.

– Пару месяцев назад я продал сотню пищалей самураю, которого звали Акеши, но не Хидэёши. Его имя было другим. Мисо-как-то-там, мне кажется. В Киото он был проездом, ехал, чтобы встретиться с каким-то военачальником на юге.