Сэм постарался забыть о воде и о том, как колотится его сердце. Он закрыл глаза, собрался, открыл глаза и снова начал раскручивать крюк.

И бросил.

Крюк полетел вверх, лязгнул о камень и заскользил к трещине. Сэм понял, что скорость слишком велика. И, когда крюк оказался над трещиной, рванул трос в сторону. Крюк, как атакующая змея, дернулся назад и засел в трещине.

Сэм осторожно потянул трос. Тот выдержал. Сэм потянул снова. Крюк сорвался и снова закрепился. Тогда, перебирая руками, Сэм начал выбирать слабину, пока крюк не ушел в расселину по самое ушко.

— Йии-хо! — крикнула Реми.

Сэм протянул руку и помог Реми перебраться через задний борт. Вода заливала им ноги и лилась в салон «тойоты». Реми кивком показала на труп мистера Тхуле.

— Мы ведь не сможем взять его с собой?

— Давай не искушать судьбу, — ответил Сэм. — Но мы добавим его к списку дел, за которые придется ответить Чарлзу Кингу и его злобным отродьям.

Реми со вздохом кивнула.

Сэм величественно показал на трос.

— Дамы вперед.

18

Ло-Монтанг,

Мустанг, Непал

Через двадцать часов после того как Сэм и Реми поднялись на вершину утеса, бросив «тойоту» на милость вод Кали-Гандаки, грузовик-пикап, в кузове которого они ехали, затормозил на развилке немощеной дороги. Водитель, беззубый непалец со стрижкой ежиком, крикнул через окно в задней стенке кабины:

— Ло-Монтанг, — и показал на дорогу, уходящую к северу.

Сэм осторожно разбудил Реми, которая спала, свернувшись возле мешка с кормом для коз, и сказал:

— Дом, милый дом.

Реми застонала, оттолкнулась от грубой мешковины и села, зевая.

— Я видела очень странный сон, — сообщила она. — Что-то вроде «Приключений Посейдона», но мы застряли внутри «Тойоты-Лендкрузер».

— Правда бывает удивительней выдумки.

— Мы на месте?

— Более или менее.

Сэм и Реми поблагодарили водителя, вышли и посмотрели, как грузовик повернул на южную дорогу и исчез за поворотом.

— Языковой барьер очень мешает, — заметила Реми.

Владевшие вместе всего несколькими разрозненными непальскими словами и фразами, Сэм и Реми не сумели объяснить шоферу, что тот, вероятно, спас им жизнь. Сам он считал, что подобрал двух туристов, отставших от своей группы. Его снисходительная улыбка свидетельствовала, что такое в этих местах не редкость.

Теперь, усталые, но, к счастью, согревшиеся и сухие, они стояли на подступах к месту своего назначения.

Окруженная высокой стеной из пестрого набора камней, кирпича и замешанного из соломы и глины раствора, древняя столица некогда великого королевства Мустанг была невелика и занимала квадрат со стороной половина мили в неглубокой долине, окруженной низкими пологими холмами. Внутри стен Ло-Монтанга большая часть строений также была из глины и кирпича, все — выкрашены в разнообразные оттенки белого цвета, от сероватого до коричневатого, и накрыты многослойными соломенными крышами. Над всеми поднимались четыре здания: королевский дворец, и храмы Чоди, Чампа и Тугчен с красными крышами.

— Цивилизация, — сказала Реми.

— Все относительно, — согласился Сэм.

После того как они, как им казалось, много дней скитались по диким просторам Мустанга, средневековый Ло-Монтанг казался положительно столицей.

Они пошли по немощеной дороге к главным воротам. На полпути рядом с ними появился мальчик лет восьми-десяти, который рванулся к ним с криком:

— Фарго? Фарго?

Сэм приветственно поднял руку и сказал по-непальски:

— Намаете. Хойна (Да. Здравствуй).

Мальчик, теперь широко улыбавшийся, остановился перед ними и произнес:

— За мной, да? За мной?

— Хойна, — ответила Реми.

Проведя их по извилистым переулкам Ло-Монтанга под любопытными взглядами сотен поселян, мальчик остановился перед толстой деревянной дверью в побеленной стене. Он поднял потускневший латунный дверной молоток, дважды постучал и сказал Сэму и Реми:

— Фери бхетаунла, — после чего скрылся в переулке.

Они услышали внутри здания шаги по деревянному полу, и несколько секунд спустя дверь распахнулась, показался хрупкий мужчина за шестьдесят, с длинными седыми волосами и такой же бородой. У него было очень морщинистое загорелое лицо. К их удивлению, он произнес на превосходном английском, на каком говорят сливки общества:

— Доброе утро. Сэм и Реми Фарго, я полагаю?

После недолгого колебания Сэм ответил:

— Да. Доброе утро. Мы ищем мистера Карна. Эту встречу организовал Сушант Дхарел из университета Катманду.

— Да, организовал. И да, вы нашли.

— Прошу прощения? — переспросила Реми.

— Джек Карна — это я. Но что же это я! Пожалуйте в дом.

Он посторонился, Сэм и Реми вошли. Внутри, как и снаружи, стены были оштукатурены и выбелены, а пол состоял из старых, но хорошо выскобленных досок. Пол покрывало несколько ковров в тибетском стиле, а на стенах кое-где висели гобелены и пергаменты в рамках. Вдоль западной стены под окнами с широкими подоконниками была зона отдыха с подушками и низким кофейным столиком. У восточной стены — пузатая печь. Небольшой коридор вел из комнаты в помещение, похожее на спальню.

Карна сказал:

— Я собирался высылать за вами поисковую группу. У вас усталый вид. Все ли в порядке?