Читаем Королева без башни полностью

Я решила молчать, несмотря на все глупости, которые несет продавец. Но сейчас необходимо вмешаться. Отлично понимаю, что продавцы обязаны самозабвенно расхваливать свой товар и беззастенчиво привирать по поводу его исключительности, но песня про «Майбах», у которого надо во время движения дергать рычаг, это уже слишком. Ври, да не завирайся!

– Да знаю я, – с досадой отмахнулся Анатолий, – не читай лекций! Юлька училась на «Москвиче».

Я перевела дух. Толя разбирается в машинах, как Лампа в электричестве. Извините за невольный каламбур, но хоть убейте, я не знаю, зачем в батарейках плюс и минус!

Юля села за баранку и повернула ключ зажигания. Мотор даже не чихнул. Я подпрыгнула на железном диске и тут же услышала урчание двигателя. Отлично! Я поняла, каким образом следует договариваться с «покойником». У гибрида «Мерседеса» с верблюдом, похоже, неплохой характер, он не вредничает.

Одновременно с мотором ожило и радио.

– Спонсор погоды сеть магазинов «Брут»! Сегодня в Москве ночью ноль градусов. Завтра будет в два раза холоднее. А сейчас в нашем эфире песня.

На секунду я удивилась. Ночью ноль градусов, а завтра в два раза холоднее? Это сколько? Вроде ноль не делится! Или, наоборот, на ноль делить нельзя? Зеро это пустота, ничего, чистый лист. Ну и как можно разбить наполовину то, чего нет? Радио пообещало какую-то странную погоду.

Юля положила руки на баранку и забормотала:

– Ладони в положении без пятнадцати три. Нажимаем на сцепление…

Послышался скрежет. Женщина перевела дух и продолжила:

– Утопленную педаль держим, рычаг переводим на первую скорость.

Раздался скрип. Юля продолжала:

– Теперь осторожно отпускаем сцепление, одновременно поддавая газу!

Я с сочувствием покосилась на водительницу. Отлично помню, как сама училась рулить! [12]«Созвездие жадных псов», издательство «Эксмо».> Каждый раз возвращалась домой с трясущимися руками-ногами и нервным тиком.

– Плавно, без рывков, – бубнила Юля, – вот так.

«Покойник» резко прыгнул вперед, меня стукнуло о торпеду.

Юля завизжала и по глупости нажала на газ. «Мерседес» подскочил, словно заяц, и полетел по дороге, стремительно приближаясь к тому месту, где змеился хвост из автомобилей, мечтающих въехать на МКАД.

– Мама! Он катится! – голосила Юля, – едет! Несется! Стой! Тпру! Туда нельзя!

Я вцепилась в сиденье и закричала:

– Тормоз! В полу есть педаль, жми на нее.

– Там три штуки, – вопила Юля, – откуда я знаю, на какую жать!

– На левую! – посоветовала я, и в ту же секунду «покойник» развил бешеную скорость.

– На правую! – спешно поправила я. – На правую.

– Их три! – зарыдала водительница. – Та, что посередине, считается?

Анатолий сзади подался вперед и просунул между сиденьями голову, Юля закрыла лицо руками и завизжала, я перехватила руль и сумела повернуть в узкий переулок. Стало чуть спокойнее, на этой улице не было движения. Сейчас как-нибудь остановимся.

– Вытяни руки. Держи руль, – велела я Анатолию, – я спущусь вниз и руками нащупаю тормоз.

– Мама, мама, мама, – визжала Юля.

– … мать… мать… мать, – вторил Толя.

Я кое-как сползла с кресла, изогнулась, но не успела дотянуться до педали, где сучили ноги Юли. «Покойник» неожиданно резко прекратил движение.

Меня мотнуло вперед, Юля заорала сиреной, сверху упала подкладки крыши, наступила тишина. На этот раз я не испугалась, быстро выпуталась из брезентовой тряпки, скинула ее с Юли и спросила:

– Ты жива?

– Нет, – прошептала она.

– Хорошо, – ответила я и обернулась: – Толя, вы как?

Тот сидел, запрокинув голову. Меня царапнуло беспокойство.

– Анатолий?

Ответа не последовало.

– Что с ним? – прошептала Юлия и сжала кулачки.

На секунду я растерялась. «Мерседес» отъехал не очень далеко от «ракушки», наверное, мы сейчас находимся за пару кварталов от гаража. Но местность мне незнакома, Антона рядом нет, у Юли через секунду начнется истерика, и, кажется, Анатолий сильно травмирован, у него изо рта течет струйка крови. Моя сумочка вместе с сотовым осталась дома. Я пошла с Антоном, забыв прихватить мобильный. Так, Лампа, успокойся. У людей не всегда была сотовая связь. Каким образом решались ранее проблемы? Ну, допустим, Амундсен! Он шел к Северному полюсу, ехал на собаках и не надеялся на вызов МЧС. Шойгу тогда еще не родился, о службе спасения никто и не думал. Похоже, исследователю пришлось туго, но он же справился! Чем я хуже? Сейчас соображу, как надо действовать.

– Он умер? – тихо спросила Юля.

– Конечно нет, – неуверенно ответила я, – все будет хорошо.

– Толик, мне деньги нужны, – вдруг сказала Юлия.

Я вцепилась руками в сиденье. Вот здорово! Баба сошла с ума, со мной в машине тяжело раненный мужчина и его психически неадекватная жена.

– Толик, дай денег, – велела Юля, – на новую сумку.

Супруг не произнес ни звука.

– Пожалуйста, не волнуйся, – сказала я.

– Он помер, – констатировала Юля, – на проверочные слова не реагирует. У меня есть тест. Надо у Тольки бабок попросить. Он, когда про деньги слышит, всегда бесится. Раз молчит – значит умер. Иначе никак. И кровь идет. Вау!

– Дай мне свой мобильный, – прошептала я. – Все будет хорошо!

Юля чуть сдвинула брови.