Читаем Король шпионских войн: Виктор Луи — специальный агент Кремля полностью

Марина Голынская продолжит заниматься историческими исследованиями, концентрируясь на «любимом» XVIII веке. Совместно с испанским журналистом напишет книгу об адмирале де Рибасе — «предтече» Луи, аналогии с которым всегда будет проводить в своих устных размышлениях о Викторе. После смерти мужа переедет в отдалённую деревню в Ярославской области, но будет регулярно приезжать в Москву.

Михмих не захочет упоминаний своего настоящего имени в историях о В. Луи, однако его легко идентифицировать путём несложных манипуляций в сети Интернет. Станет известным в своей среде московским адвокатом. В характере контактов с прессой и исследователями будет придерживаться стилистики «ТАСС уполномочен заявить…» с игрой в шпионов, встречами «за третьей от начала колонной», передачей магнитофонных плёнок. Только таким способом он согласится рассказать о Луи: записать рассказ на магнитофон, затем передать плёнку. В его повествовании много уникальных сведений, но много и нарочитых (очевидно — также «игровых») искажений.

Елена Кореневская продолжит заниматься международной журналистикой. Особенно успешно её дела пойдут с началом перестройки: прямые эфиры западных телекомпаний, конференции, медиапроекты. Объездит полмира, в том числе многие экзотические страны — вслед за В. Луи. Станет соавтором «импортной» биографии Горбачёва. При перестройке же запустит свой журнальный проект, который принесёт ей популярность: сотрудники советских посольств за границей будут выпрашивать по несколько экземпляров для перепродажи. В 2000-х годах вместе с мужем Зиновием Юрьевым будет проводить половину времени на Кипре.

Юрий Шерлинг в 1983 г. будет уволен из созданного им Камерного еврейского музыкального театра за «недостойное поведение» и едва не посажен по сфабрикованному КГБ уголовному делу. Вступит в брак с подданной Норвегии и получит норвежский паспорт, однако останется жить в СССР. В постсоветское время возглавит фонд «Дом детей-сирот», затем станет вицепрезидентом «Собинбанка». В 2009 г. будет назначен ректором РАТИ (бывший ГИТИС), но в тот же день через несколько часов, вследствие подковёрных игр чиновников в профильных ведомствах, уволен. Состоится как драматург и музыкант, напишет мемуарную книгу о себе.

Римма Шахмагонова с семьёй переедет жить в Льеж (Бельгия), но сохранит российское гражданство. Выпустит книгу «История одной зечки» под псевдонимом Екатерина Матвеева.

Светлана Аллилуева (Питерс) после повторного отъезда из СССР полностью закроется от внешнего мира, как и её дочь Екатерина Жданова, которая поселится на Камчатке. Г-жа Лана Питерс даст считанные интервью прессе, в том числе американской журналистке русского происхождения Светлане Паршиной для фильма «Светлана о Светлане». Проживать будет в доме престарелых в США, хотя журналисты газеты Times будут уверять, что большую часть года она проводит в пансионе в западной Англии.

Церковь Святого апостола Андрея — как и мечтал Луи — вернётся в лоно англиканской церкви. Михмих, опытный юрист, по наущению Луи напишет десятки писем, в том числе президенту Ельцину, а также в Лондон, в аппарат королевы, откуда в нужный момент придёт «пожелание» получить здание к визиту Её Величества Елизаветы Второй в Москву в 1994 г. Незадолго до начала визита Ельцин сделает широкий жест: берите.

Израиль возобновит дипломатические отношения с СССР незадолго до его распада. В 2009 году РФ и Израиль перейдут к безвизовому режиму, что окончательно похоронит целую субкультуру «въездов», «выездов», «вызовов», «отказов» и прочих «еврейских» бюрократических артефактов эпохи В. Луи.

Тайвань претворит в жизнь мечту В. Луи, открыв свою миссию в Москве под эфемерным названием «Тайбэйско-Московская координационная комиссия по экономическому и культурному сотрудничеству». Данный офис в самом центре Москвы на Тверской улице будет фактически наделён консульскими полномочиями (выдача виз с надписью «выдано в Риге, Латвия»), а в МИД Тайваня будет называться «посольством», куда направляют кадровых дипломатов (формально «уволившихся» из МИДа) и агентов GIO. Висящую на улице металлическую табличку с указанием названия организации на китайском, русском и английском языках можно, таким образом, считать «мемориальной доской» Виктору Луи. Через несколько лет Россия откроет аналогичную миссию в Тайбэе.