— Но этот чудак способен поторопиться и не выждать трех дней! — сказал Ноэ и, заметив, как вздрогнул Генрих при этих словах, мысленно прибавил: «Ай- ай! Да вы, кажется, здорово врезались в красотку-еврейку, мой принц!»

— Вот что, Маликан, — сказал Генрих, — завтра же пошли Миетту к нам в гостиницу на улице Святого Иакова.

— Ладно, она придет, ваше высочество!

— Покойной ночи и спасибо, Маликан!

Молодые люди вышли из кабачка и вскоре догнали Рене. Близ моста между ними произошел разговор, описанный в предыдущей главе, и, как уже знает читатель, принц щегольнул перед растерявшимся парфюмером таким проникновением в его сокровенные тайны, что Рене дрожал от ужаса.

Заметив это, принц громко расхохотался и сказал:

— Вот видите, дорогой месье Рене, вам не приходится таить против меня злобу за шутку, сыгранную с вами в гостинице, и за несколько часов ареста в погребе. Вы нуждаетесь во мне гораздо больше, чем я в вас!

— Я должен признаться, что вы действительно обладаете необычайным ясновидением! — ответил Рене.

— Значит, вы мне верите и подождете три дня?

— Подожду.

— Не хотите ли вы узнать еще что-либо? Давайте руку! Однако, несмотря на то что тучи стали совершенно закрывать звезды, я замечаю что-то зловещее, собирающееся около вас!

— Что же это именно?

— Вследствие того что тучи скрывают звезды, я не могу сказать вам достаточно определенно. Я вижу только, что что-то угрожает вашему сверхъестественному могуществу, а следовательно, и влиянию на королеву-мать… Впрочем, более подробно я могу открыть вам все это лишь завтра… Вы будете завтра около двенадцати часов дня в Лувре?

— Буду!

— Ну так я увижусь с вами там!

— Хорошо! — И с этим парфюмер повернул обратно к Лувру: ему уже не к чему было советоваться с Годольфином об интересовавшем его вопросе.

XXII

Когда парфюмер скрылся во мраке, Генрих и Ноэ не могли удержаться от смеха.

— Надеюсь, теперь нам нечего бояться его! — сказал принц.

— Теперь нет, — ответил Ноэ, — но в тот день, когда он увидит, что стал жертвой мистификации, когда он, например, обнаружит мою интрижку с Паолой, он станет беспощаднее тигра! Кстати, не объясните ли вы мне, что вы предполагали, когда говорили, что его могуществу что-то угрожает?

— А ты веришь в это могущество?

— Господи, да ведь я говорил вам, что Годольфин…

— Хорошо, хорошо! Оставим Годольфина в покое. Но веришь ли ты, что Рене умеет читать в звездах?

— Ну, это, конечно, нет!

— Значит, если убрать подальше Годольфина…

— Это было бы прекрасно. Но Паола?

— А почему бы нам не прихватить и ее?

— Да потому, что эта крошка забрала себе в голову мысль о браке!

— А, ну это совсем другое дело! Никогда не надо похищать женщин, которые носятся с мыслью о браке! Это слишком опасно… Но от Годольфина надо непременно избавиться, потому что если он действительно обладает даром ясновидения, то куда бы мы ни спрятали Сарру, он все равно откроет ее убежище Рене! Ну Да утро вечера мудренее; мы еще подумаем, как справиться с этим делом. А теперь, благо мы уже подошли к нашей гостинице, стучись скорее.

Не успели наши герои улечься в постель, как уже заснули богатырским сном. Но их очень рано разбудил чей-то стук в дверь.

— Кто там? — спросил принц.

— Землячка пришла навестить земляков! — ответил из-за Двери свежий, веселый голос.

— Это Миетта! — сказал Ноэ.

Он и принц поскорее оделись и открыли дверь хорошенькой племяннице Маликана.

— Знаешь ли, крошка, — сказал ей Ноэ, — ты на диво хороша!

— Если бы вы были человеком моего круга, месье, — краснея, ответила Миетта, — тогда ваши слова доставили бы мне удовольствие, а так вам даже и не след говорить мне это!

— Ну конечно, — важно заметил Генрих, — если бы ты был простым горожанином и мог бы предложить Миетте руку и сердце…

— Дядя рассказал мне все, что я должна буду сделать, перебила его Миетта, которой хотелось избежать продолжения обсуждения этой рискованной темы. — Я отправлюсь к госпоже Лорьо, скажу, что наша землячка, графиня де Граммон, направила меня к ней и что я была бы рада, если бы она взяла меня на службу к себе. Ну а дальше что?

— Дальше вот что! Возьми это колечко, — Генрих снял с пальца кольцо с шифром Коризандры, которое еще накануне привлекло внимание Сарры, — и покажи его госпоже Лорьо. Если она будет не одна в то время, когда ты придешь, то она поймет что ты пришла от моего имени. Когда же ты останешься с нею наедине, скажи: «Сударыня, друг Коризандры, человек, который заботится о вас, умоляет вас всецело довериться мне и сделать все, что я скажу вам!»

— Хорошо! — сказала Миетта.

— Если же она будет колебаться, то прибавь: «Вы подвергаетесь опасности, и вас хотят спасти от Рене!»

— Хорошо, ну а когда я скажу ей все это, тогда что?

— Тогда ты скажешь, что отправишься за своими вещами и подождешь нас около полудня у твоего дяди.

Миетта взяла кольцо, поклонилась молодым людям и выпорхнула из комнаты.

— Красивая девушка! — пробормотал Ноэ. — Право, она даже лучше Паолы.