— Быть может, я делаю ошибку, — бормотал Рене, направляясь к себе в лавочку. — Ведь Годольфин достаточно ясно сказал, что все это должно произойти через три дня, а я собираюсь поторопиться… Нет, лучше всего еще раз выспросить его!

И тот самый момент, когда он уже собирался вступить на мост, он услыхал сзади себя шум чьих-то шагов, настойчиво преследовавших его по пятам.

— Кто там? — крикнул он, оборачиваясь назад. Ответом ему был сначала взрыв громкого хохота, потом знакомый насмешливый голос сказал:

— Ба, да ведь это наш друг Рене!

С этими словами незнакомцы подошли к парфюмеру, и Рене с некоторым трепетом увидел, что это были сир де Коарасс и Ноэ.

— Нет, вам положительно не везет, — сказал Генрих. — Нас двое, а вы один… К тому же мы в очень пустынном месте. Сена вздулась и быстро мчит свои темные воды…

Рене положил руку на рукоятку шпаги.

— А моему другу сиру де Коарассу, — продолжал в свою очередь Ноэ, — чрезвычайно хочется ткнуть вас шпаюй и бросить в воду!

— Ко мне! На помощь! — закричал Рене, обнажая шпагу. Генрих продолжал смеяться, а затем сказал:

— Полно! Я предпочитаю не убивать вас, а поупражняться в искусстве предсказания будущего!

— Простите мне это первое движение самозащиты, господа. ответил Рене. — Я понимаю, что такие люди, как вы, не занимаются убийством из-за угла.

— Ну еще бы! — отозвался Ноэ.

— А потом, — продолжал Генрих, — я рассчитываю оказать вам столько услуг, что вы кончите тем, что полюбите меня. Так вот, если хотите, я опять погадаю вам, только спрячьте сначала свою шпагу в ножны! Однако здесь ужасно темно! Пойдемте к самому мосту, там у фонаря можно будет разглядеть получше линии руки.

Они подошли к фонарю.

Здесь Генрих принялся с важным видом рассматривать протянутую руку парфюмера и сказал:

— Господин Рене, у нас в голове имеется некий замысел, посредством которого вы собираетесь одновременно удовлетворить две страстишки: к понравившейся вам женщине и к ее богатству!

Рене вздрогнул и с трудом подавил крик.

— Как? — сказал он. — Так вы и это… знаете?

— Господи, как же мне не знать, если у будущего нет тайн от меня! — ответил Генрих. — Только вот что еще: по-моему, вам следует немного подождать с исполнением своего замысла!

— Сколько же времени мне надо ждать? — спросил Рене.

— Три дня! — ответил Генрих.

— Да что вы — сам дьявол в образе человеческом, что ли? крикнул Рене, бледнея как смерть.

— Как знать! — ответил Генрих.

И молодым людям пришлось видеть, как гроза всей Франции, страшный Рене, дрожал, словно испуганный ребенок.

XXI

Читатель легко догадается, что наши герои встретили Рене по выходе из кабачка Маликана, где Ноэ подробно рассказал обо всех тех чудесах, которые ему пришлось видеть и слышать у Рене Флорентийца. Генрих слушал его, чувствуя, как его пробирает пот.

— Хотя бы мне пришлось убить для этого Рене, но ему не удастся похитить Сарру! — пылко произнес он, когда Ноэ окончил свой подробный рассказ.

— Да, но возможно, что он не один возьмется за это дело и нам придется иметь дело по крайней мере с дюжиной вооруженных людей, — заметил Ноэ.

— Ну так мы и будем иметь с ними дело! — пламенно крикнул рыцарски настроенный принц.

— Ну, мы могли бы придумать что-нибудь получше, — смеясь, возразил Ноэ. — Скажите, Анри, вы не очень заботитесь о спасении этого субъекта?

— Лорьо? Да разумеется нет! Пусть этот негодяй понесет заслуженное наказание!

— Ну так давайте похитим красотку-еврейку!

— Отличная мысль! — смеясь, подтвердил Генрих. — Но где мы припрячем ее?

— Это, конечно, труднее, чем похитить, ну да там увидим… Принц подошел к стойке, за которой мирно дремал Маликан, и разбудил его.

— Ты нам нужен! — сказал он. — Ну-ка, Ноэ, расскажи Маликану все, что ты только что говорил мне! Ноэ передал суть дела кабатчику. Тогда принц добавил:

— Так вот видишь, Маликан, красавицу надо непременно укрыть где-нибудь!

— Легко сказать! — отозвался Маликан, почесывая за ухом. Париж, конечно, велик, но у Рене Флорентийца сто глаз я столько же ушей, как у великанов доброго старого времени… Вот разве что! Скажите, она брюнетка или блондинка?

— У нее темные волосы.

— А ростом как?

— Да не больше Миетты.

— А нет ли у нее пушка над верхней губой, как это часто бывает у жгучих брюнеток восточного типа?

— Да, есть! — ответил принц.

— Ну так мне пришла в голову блестящая мысль! У меня на родине имеется племянник пятнадцати лет, которого я уже давно жду сюда, в Париж. Давайте оденем вашу дамочку беарнским пареньком, и пусть меня черт возьмет, если Рене явится сюда искать пропавшую красотку!

— Это великолепная мысль, Маликан, — сказал принц. — Но теперь возникает второе затруднение: как похитим красотку-еврейку? Ведь ее надо уведомить, а как это сделаешь, раз старый Лорьо бережет ее вроде мифического дракона?

— А не могла ли бы помочь вам в этом Миетта? — спросил Маликан. — Пусть она, например, явится в своем беарнском наряде и скажет, что приехала в Париж искать место и что де Граммон направила ее к госпоже Лорьо?

— Маликан, — ответил принц, — ты умнейший человек на свете! Маликан поклонился.