Читаем Король крыс полностью

– Боже! – Он посмотрел на руку, которая покоилась на столе.

– Клянусь Богом, я лучше умру, чем останусь жить калекой. Богом клянусь! – Питер Марлоу взглянул на Кинга, трогательный и беззащитный, и из его глаз рвался крик: Помоги, помоги, ради всего святого, помоги!

А Кинг думал: «Боже правый, что бы я стал делать на месте Питера и что делать с бриллиантом? Питер обязательно должен помочь мне в этом деле, должен…»

– Эй, – торопливо прошептал Макс от дверей. – Сягата идет сюда.

– Хорошо, Макс. А что Грей?

– Он внизу, около стены, под присмотром. Тимсен знает о нем. Его австралийцы следят за Греем.

– Ладно, уматывай и будь готов. Извести всех.

– О’кей. – Макс торопливо исчез.

– Давайте, Питер, нам надо быть готовыми, – предупредил Кинг.

Питер Марлоу был в шоке. Разговаривать с ним было бесполезно.

– Питер! – грубо тряхнул его Кинг. – Вставайте и соберитесь! – раздраженно прорычал он. – Давайте. Вы должны помочь! Вставайте!

Он рывком поставил Питера Марлоу на ноги.

– Боже, что…

– Идет Сягата. Нам надо закончить дело.

– К черту дело! – взвизгнул Питер Марлоу, балансируя на грани безумия. – К черту бриллиант! Они собираются отрезать мне руку.

– Нет, они не сделают этого!

– Вы чертовски правы, они не сделают этого. Только сначала я умру…

Кинг снова бесцеремонно дернул его, а потом со злостью надавал ему пощечин.

Помешательство кончилось, и Питер Марлоу затряс головой:

– Какого черта…

– Идет Сягата. Нам надо быть готовыми.

– Он идет? – тупо спросил Питер Марлоу, лицо его горело от пощечин.

– Да. – Кинг увидел, что взгляд Питера Марлоу снова стал настороженным, и понял: англичанин вернулся к реальности. – Боже, – простонал Кинг жалобным голосом. – Я должен был что-то сделать, Питер, вы орали как безумный.

– Неужели? Извините, какой же я дурак.

– С вами сейчас все в порядке? Вам надо собраться с мыслями.

– Сейчас я в порядке.

Питер Марлоу выскользнул через окно вслед за Кингом. Он обрадовался, когда после прыжка из окна его руку пронзила боль. «Запаниковал, болван, – твердил он себе. – Ты, Марлоу, впал в панику, как малый ребенок. Дурак. Итак, тебе придется расстаться с рукой. Хорошо, что не с ногой, тогда ты был бы действительно калекой. Что такое рука? Пустяк. Можно сделать протез. Конечно. С крючком. Ничего плохого в протезе нет. Ничего. Прекрасное изобретение. Безусловно».

– Табе, – приветствовал их Сягата, подныривая под брезентовый полог, который отгораживал навес.

– Табе, – приветствовали его Кинг и Питер Марлоу.

Сягата очень нервничал. Чем больше он думал об этой сделке, тем меньше она ему нравилась. Слишком много денег, слишком велик риск. Он принюхивался, как собака в стойке.

– Я чую беду, – сказал он.

– Он говорит: я чую беду.

– Скажите ему, Питер, чтобы он не тревожился. Я знаю, это опасно. Но меры приняты. Как там насчет Чен Сана?

– Я скажу тебе, – прошептал торопливо Сягата, – что боги были добры к тебе, ко мне и к нашему другу. Он лиса, этот друг, потому что несносная полиция выпустила его из тюрьмы. – Его лицо и одежда были мокрыми от пота. – У меня с собой деньги.

В животе у Кинга похолодело.

– Скажите ему, что нам лучше обойтись без болтовни и покончить с делом. Я сейчас принесу товар.

Кинг нашел Тимсена в темноте.

– Готов?

– Готов. – Тимсен по-птичьи свистнул в темноту.

Ему тут же ответили.

– Давай быстрее, приятель. Я не могу долго гарантировать твою безопасность.

– Хорошо. – Кинг подождал, и из темноты вышел худой капрал-австралиец.

– Привет, приятель. Меня зовут Таунсенд. Билл Таунсенд.

– Пошли.

Кинг заторопился назад под навес, пока Тимсен караулил, а его австралийцы рассыпались вокруг, готовые организовать отход.

Внизу за углом тюрьмы нетерпеливо дожидался Грей, которому Дино только что шепнул, что пришел Сягата. Однако Грей знал, что предварительные переговоры займут некоторое время. Некоторое время, а потом он будет готов к броску.

Люди Смедли-Тейлора тоже были наготове, дожидаясь завершения сделки. Как только Грей начнет действовать, они придут в движение.

Кинг был под пологом вместе с Таунсендом, который заметно нервничал.

– Покажи ему бриллиант, – приказал Кинг.

Таунсенд распахнул обтрепанную рубашку, вытащил шнурок, на конце шнурка было привязано кольцо с бриллиантом. Таунсенд дрожал, показывая его Сягате, который направил на камень луч своего фонарика. Сягата тщательно рассматривал камень – капельку ледяного света на конце веревки. Потом взял его и провел им по стеклу фонарика. Раздался скрип, и на стекле появилась царапина.

Сягата, обливающийся потом, кивнул:

– Очень хорошо. – Он обратился к Питеру Марлоу: – Это настоящий бриллиант. – Он вынул штангенциркуль и тщательно обмерил камень. Потом снова кивнул. – Правильно, четыре карата.

Кинг дернул головой:

– Хорошо. Питер, идите и подождите вместе с Таунсендом.

Питер Марлоу встал, кивнул Таунсенду, и они вместе вышли из-под полога в темноту. Они чувствовали на себе взгляды. Сотни взглядов.