Читаем Король Иоанн полностью

Друзья, за дело! Пушки мы нацелим В упрямый лоб твердыни городской; Искуснейшие наши полководцы Должны измыслить способ нападенья. Мы кости царственные сложим здесь, Мы улицы зальем французской кровью, Но юный принц войдет с победой в город.

Констанция

Чтоб безрассудно меч не обнажать, Дождитесь Шатильона. Он, быть может, Нам принесет желанный мир и то, Чего хотим войною мы добиться. Не пожалеть бы, завязавши бой, О каждой капле крови пролитой!


Входит Шатильон.


Король Филипп

Ну, чудеса! Ты только пожелала, А наш посол и прибыл - тут как тут. Какой ответ принес ты, Шатильон? Мы без тебя не начинали дела.

Шатильон

Осаду жалкую вам надо снять: Понадобится войско для иного. Отвергнув справедливый ваш призыв, Король английский вынул меч из ножен. Пока я ветра ждал, уж он собраться Успел в поход, и вот он с войском здесь Под городом, со мной одновременно. Его бойцы уверенно и быстро К Анжеру осажденному идут. С ним королева-мать, - как злая Ата, Что подстрекает на раздор и кровь, Ее племянница, принцесса Бланка, И Ричарда покойного бастард, А также полчище сорви-голов, Отчаянных и буйных добровольцев: Хоть лица их мягки, сердца драконьи; Имущество в доспехи превратив И на себе неся свое наследье, Они пришли сюда за новой долей. Доставили английские суда Таких неистовых головорезов, Каких еще не приносили волны Всем добрым христианам на беду.


За сценой - барабанный бой.


Вот барабаны их. Я все сказал. Готовые и к торгу и к сраженьям, Они пришли. Вы тоже приготовьтесь.

Король Филипп

Так скоро мы не ждали нападенья!

Эрцгерцог

Пускай. Чем неожиданней оно, Тем яростней нам надо защищаться. В нелегком деле мужество крепчает. Мы встретим их, как должно; пусть идут!


Входят король Иоанн, Элеонора, Бланка, Бастард, вельможи и войско.


Король Иоанн

Мир Франции, когда не помешает Нам Франция вступить в пределы наши. Не то - ей кровью истекать, а нам, Бичу господня гнева, - покарать За гордость тех, кто мир изгнать решится.

Король Филипп

Перейти на страницу:

Похожие книги

Няка
Няка

Нерадивая журналистка Зина Рыкова зарабатывает на жизнь «информационным» бизнесом – шантажом, продажей компромата и сводничеством. Пытаясь избавиться от нагулянного жирка, она покупает абонемент в фешенебельный спортклуб. Там у нее на глазах умирает наследница миллионного состояния Ульяна Кибильдит. Причина смерти более чем подозрительна: Ульяна, ярая противница фармы, принимала несертифицированную микстуру для похудения! Кто и под каким предлогом заставил девушку пить эту отраву? Персональный тренер? Брошенный муж? Высокопоставленный поклонник? А, может, один из членов клуба – загадочный молчун в черном?Чтобы докопаться до истины, Зине придется пройти «инновационную» программу похудения, помочь забеременеть экс-жене своего бывшего мужа, заработать шантажом кругленькую сумму, дважды выскочить замуж и чудом избежать смерти.

Таня Танк , Лена Кленова

Детективы / Иронический детектив, дамский детективный роман / Драматургия / Самиздат, сетевая литература / Иронические детективы / Пьесы
Калигула
Калигула

Порочный, сумасбродный, непредсказуемый человек, бессмысленно жестокий тиран, кровавый деспот… Кажется, нет таких отрицательных качеств, которыми не обладал бы римский император Гай Цезарь Германик по прозвищу Калигула. Ни у античных, ни у современных историков не нашлось для него ни одного доброго слова. Даже свой, пожалуй, единственный дар — красноречие использовал Калигула в основном для того, чтобы оскорблять и унижать достойных людей. Тем не менее автор данной книги, доктор исторических наук, профессор И. О. Князький, не ставил себе целью описывать лишь непристойные забавы и кровавые расправы бездарного правителя, а постарался проследить историю того, как сын достойнейших римлян стал худшим из римских императоров.

Зигфрид Обермайер , Михаил Юрьевич Харитонов , Даниель Нони , Альбер Камю , Мария Грация Сильято

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Исторические приключения / Историческая литература
Том 2: Театр
Том 2: Театр

Трехтомник произведений Жана Кокто (1889–1963) весьма полно представит нашему читателю литературное творчество этой поистине уникальной фигуры западноевропейского искусства XX века: поэт и прозаик, драматург и сценарист, критик и теоретик искусства, разнообразнейший художник живописец, график, сценограф, карикатурист, создатель удивительных фресок, которому, казалось, было всё по плечу. Этот по-возрожденчески одаренный человек стал на долгие годы символом современного авангарда.Набрасывая некогда план своего Собрания сочинений, Жан Кокто, великий авангардист и пролагатель новых путей в искусстве XX века, обозначил многообразие видов творчества, которым отдал дань, одним и тем же словом — «поэзия»: «Поэзия романа», «Поэзия кино», «Поэзия театра»… Ключевое это слово, «поэзия», объединяет и три разнородные драматические произведения, включенные во второй том и представляющие такое необычное явление, как Театр Жана Кокто, на протяжении тридцати лет (с 20-х по 50-е годы) будораживший и ошеломлявший Париж и театральную Европу.Обращаясь к классической античной мифологии («Адская машина»), не раз использованным в литературе средневековым легендам и образам так называемого «Артуровского цикла» («Рыцари Круглого Стола») и, наконец, совершенно неожиданно — к приемам популярного и любимого публикой «бульварного театра» («Двуглавый орел»), Кокто, будто прикосновением волшебной палочки, умеет извлечь из всего поэзию, по-новому освещая привычное, преображая его в Красоту. Обращаясь к старым мифам и легендам, обряжая персонажи в старинные одежды, помещая их в экзотический антураж, он говорит о нашем времени, откликается на боль и конфликты современности.Все три пьесы Кокто на русском языке публикуются впервые, что, несомненно, будет интересно всем театралам и поклонникам творчества оригинальнейшего из лидеров французской литературы XX века.

Жан Кокто

Драматургия