Читаем Король эльфов полностью

— Мощь! — Тилер коснулся замершего у перрона паровоза. — Именно мощь паровозов так привлекает детей. Поезда — великая вещь. Их сила символизирует секс. Мальчик видит, как паровоз несется по рельсам, такой огромный и страшный. Потом ребенок получает в подарок игрушечный поезд, вроде этого, и вот уже сам управляет им. По его воле поезд трогается с места, останавливается, разгоняется, притормаживает. Поезд подчиняется ему.

Мэдж поежилась.

— Что-то зябко. Давай вернемся в гостиную.

— Ребенок подрастает и все больше полагается на собственные силы. Ему уже ни к чему символы, он становится хозяином настоящих вещей, способен вести настоящий поезд. — Тилер покачал головой. — Нормальные мужчины не нуждаются в суррогатах... — Он нахмурился. — Откуда на улице Великолепия взялся морг?

— Морг?

— Ну да. И вот еще, гляди-ка: зоомагазин Стьюбена. Вон там, рядом с радиомастерской. Сроду здесь не было зоомагазина. — Тилер наморщил лоб, пытаясь припомнить. — Что же здесь находится на самом деле?

— Салон «Парижские меха», — Мэдж поежилась и обхватила себя руками. — Бр-р. Пол, пошли отсюда, пока я не превратилась в ледышку.

Тилер рассмеялся.

— Будь по-твоему, неженка. — направляясь к лестнице, он вновь нахмурился. — Гм. Зоомагазин Стьюбена. Даже не слышал о таком. А ведь все остальное, как в жизни. Сразу видно, он прекрасно знает город. Но зачем поместил сюда несуществующий магазин?.. — Тилер выключил в подвале свет. — И еще этот морг. С чего бы это?

— Не бери в голову! — сказала Мэдж. — Ты и сам ничуть не лучше моего мужа. Все вы, мужчины, одинаковые — с виду взрослые, а на самом деле — сущие дети.

Погруженный в собственные мысли, Тилер промолчал. Весь его светский лоск исчез, он явно нервничал.

Мэдж опустила жалюзи. Комната погрузилась в янтарный полумрак. Усевшись на кушетку, Мэдж притянула Тилера к себе.

— Не хмурься, милый. — Она обняла Тилера за шею и прильнула губами к его уху. — Знай я, что подобная ерунда так на тебя подействует, ни за что бы не позвала тебя в гости.

— А зачем ты меня позвала?

Мэдж плотнее прижалась к Тилеру.

— Он еще спрашивает, дурашка.

Грузный рыжеволосый Джим Ларсон не верил собственным ушам.

— А чего ты, собственно, добиваешься?

— Да ничего, просто надоело на тебя ишачить! — Хаскель выдернул из своего письменного стола ящик и высыпал его содержимое в портфель. — Чек пришлешь по почте.

— Но...

— Прочь с дороги!

Хаскель вплотную приблизился к шефу. Изумленный яростным огнем в глазах подчиненного, Ларсон невольно отступил в сторону.

— Ты... ты здоров?

— Здоровее некуда, — бросил на ходу Хаскель и что было сил хлопнул дверью. — Конечно, здоров, — бормотал он под нос, продираясь сквозь толпу спешащих за покупками домохозяек. — Можешь не сомневаться: я в полном порядке, может быть, впервые в жизни.

— Смотри, куда прешь, ротозей, — беззлобно гаркнул задетый Хаскелем рабочий.

— Прошу прощения, — машинально ответил Верн и, крепче стиснув ручку видавшего виды портфеля, зашагал дальше.

На вершине холма он остановился перевести дух. Перед ним, как на ладони, лежал завод сантехники. Хаскель рассмеялся. Все позади. Ненавистный Ларсон навсегда вычеркнут из его жизни. Не будет больше тупой изнурительной работы, тяготившей его последние двадцать лет. С рутиной и скукой покончено раз и навсегда. Начинается новая жизнь. И Верн заспешил домой, победно улыбаясь.

День клонился к вечеру. Мимо проносились автомобили, возвращались с работы бизнесмены. Завтра, как всегда, служащие пойдут домой привычной дорогой, но Хаскеля в этой толпе уже не будет. Ежедневный кошмар больше не повторится!

Он добрался до своей улицы. Справа возвышался дом Эда Тилдона — нелепая громадина из стекла и бетона. Собака Тилдона выскочила из конуры и, гремя тяжелой цепью, облаяла Хаскеля. Он, как обычно, прибавил шагу.

— Проклятая тварь! — Верн дико расхохотался. — Только сунься еще раз! — крикнул он собаке.

Наконец, прыгая через две ступеньки, он взбежал на крыльцо своего дома. Рывком распахнул дверь. В гостиной темно и тихо. Внезапно послышалась возня, и с кушетки вскочили двое.

— Верн?! — едва слышно вымолвила Мэдж. — Почему ты так рано?

Верн Хаскель забросил портфель в угол, швырнул плащ и шляпу на стул. В груди у него кипело, лицо перекосилось от гнева.

— Что с тобой, дорогой? — заспешила к нему Мэдж, расправляя на ходу халатик. — Я не ждала тебя так... — Она зарделась. — Я хочу сказать, что...

Пол Тилер приблизился к Хаскелю и с непринужденным видом протянул руку.

— Привет, Верн. А я, понимаешь ли, заскочил на минутку, вернул твоей жене книгу.

— Добрый день, — сухо кивнул ему Хаскель и направился в подвал. — Если понадоблюсь, найдешь меня внизу, — крикнул он жене.

— В чем дело, Верн? — опешила Мэдж. — Что произошло?

Хаскедь задержался у распахнутой двери.

— Я уволился.

— Что?..

— Бросил службу. Ларсоном я сыт по горло!

Дверь в подвал громко хлопнула.

— Господи боже мой! — Мэдж вцепилась в рукав Тилера. — Да он рехнулся!

Верн неторопливо зажег свет, надел фуражку машиниста и придвинул табурет к фанерному столу.

С чего же начать?