Читаем Корабль-призрак полностью

Один из двух уцелевших боевиков метнул гранату из-за дивана, но сделал это весьма неумело. Она ударилась о распахнутую створку двери, отскочила назад и покатилась по полу. Саблин и его бойцы тут же отскочили, прижались к стенам. Раздался оглушительный взрыв. Кают-компанию заволокло дымом.

Когда он рассеялся, оказалось, что двое уцелевших любителей травки успели подняться по трапу на следующий ярус надстройки. Они прихватили с собой раненого товарища. Теперь бандиты стреляли уже оттуда, не давая приблизиться к трапу.

— Хреновое дело прорываться в узком месте, — произнес Саблин. — Тут один недоумок с автоматом, если у него достаточно боеприпасов, может целую армию остановить.

— Будем тянуть время. Пусть расстреляют патроны, а потом поговорим с ними, — предложил Шарапов.

Стрельба стихла.

— А среди них есть и не дураки, — заметил Виталий. — Патроны берегут.

Сверху донеслась какая-то возня, там что-то зашуршало. Потом на крутой трап стали сыпаться какие-то вещи, мебель. Прогрохотал табурет. В него ударился деревянный ящик. Стол криво повернулся и застрял между стенками. Не прошло и пяти минут, как крутой трап был полностью забаррикадирован.

— Боевая ничья, — невесело сказал капитан судна. — Ни мы их не достанем, ни они нас.

— Пробраться к рации в обход можно? — спросил Саблин.

— Есть другой трап. Но я думаю, что там уже аналогичная картина.

— Сколько их там? — поинтересовался Славка Шарапов.

— Честно говоря, не знаю, — ответил Виталий. — По-моему, человек пять, если считать вместе с раненым.

Капитан-лейтенант не ошибся. Бандитов оставалось пять человек, один из которых был ранен.

Их действиями руководил Сулейман. Он умел критически смотреть на вещи. В его голове блуждала та же фраза, которую произнес капитан Ларионов: «боевая ничья». И одна сторона, и другая оказались заложниками ситуации.

Конечно, можно было просто тупо выжидать. Но Сулейман, уже успевший обнаружить бегство Мусы, не был склонен верить в то, что их завтрашней ночью кто-то заберет с дрейфующего танкера. Если не получается победить, складывается патовая ситуация, то следует попытаться договориться.

Он прошелся взглядом по лицам своих людей. Раненый тяжело, хрипло дышал, зажимая грудь ладонью. Он закашлялся. На губах выступила кровь.

«Легкое прострелено», — машинально отметил Сулейман.

За время этого молчаливого опроса он убедился в том, что его предложение боевики воспримут адекватно. Никто не станет ему мешать вести переговоры.

— Нам надо поговорить с ними, — сказал Сулейман.

Бандиты закивали. Мол, да, стоит попробовать.

— Эй! Кто у вас там главный? — крикнул Сулейман в пролет трапа, заваленный мебелью и всяким барахлом.

— Главный на судне всегда капитан, — отозвался Саблин. — Но если ты имеешь в виду того человека, который руководит военными действиями, то это я. Чего надо?

— Поговорить.

— Так ты и говоришь, а я слушаю. Твои предложения?

— Вам нас не достать, — констатировал очевидное Сулейман. — И к рации вы не проберетесь, помощь не вызовете. Танкер будет дрейфовать, пока не сядет на мель или не разобьется о камни.

— Я не услышал предложения. Все это лишь констатация фактов! — крикнул Виталий.

— Предложение такое: вы даете нам уйти на моторной шлюпке.

— Предложение хреновое. Да, к рации нам не добраться. Но ты забыл о спутниковом телефоне, который я прихватил у вашего главаря. Помощь уже идет. Скоро вам будет крышка. Вариантов у тебя и твоих людей всего два. Погибнуть при штурме или сложить оружие и сдаться.

— Мне нужно время, чтобы посоветоваться с людьми.

— У тебя две минуты. Время пошло!

Саблин бросил взгляд на часы, висевшие в кают-компании. Секундная стрелка дергалась, отсчитывая время.

Но не прошло и двух минут, как Сулейман крикнул:

— Мы согласны сложить оружие.

— Начинаем разбирать завал с двух сторон, и вы выходите с поднятыми руками.

Наверху что-то заскрежетало. Саблин рванул на себя стул, лежавший внизу. Вскоре баррикада оказалась разобранной. Боевики с мрачными лицами спускались по трапу, подняв руки.

— Раненый наверху остался, — глухо произнес Сулейман. — Он идти не может.

— Врача ему позовите, — бросил через плечо каплей и тут же обратился к Сулейману: — А главарь ваш где?

— Не знаю. Еще сегодня ночью здесь был, а потом исчез, — мрачно ответил бывший капитан каспийского сейнера и сразу же добавил: — Это я тебя вытащил, когда ты за бортом болтался. Можно сказать, жизнь спас.

— Может, тебе это и зачтется. Не знаю. — Саблин пожал плечами. — Сбежал, значит, твой командир. А что он перед этим обещал?

— Не буду ничего больше говорить. — Сулейман плотно сжал губы.

Битый час у Саблина ушел на то, чтобы додавить его.

Уже светало, когда бывший капитан сейнера раскрыл рот и произнес:

— Муса обещал, что нас заберут отсюда следующей ночью.

— А смысл в чем?

— Мы заминировали бы судно и ушли.

— Мина у вас была?

— Почему была? Есть. Магнитная.

— Показывай.