И правда, после обеда заслуженный работник советской торговли и общественного питания, обладатель двух почетных грамот Верховного Совета БССР Марк Наумович Бородин вместе со своим верным водителем отбыл в далекую поездку в Закарпатье. Путь предстоял неблизкий – руководителя, сумевшего за несколько лет из отстающего Оршицкого райпотребсоюза сделать самое передовое предприятие в системе кооперации СССР, пригласили на праздник кооператоров в Ужгород. Родись этот человек в другое время и в другой стране, заработал бы миллионы. А пока и ему было чему поучиться у коллег, живущих в приграничных западных районах Советского Союза.

За окном мелькали свежие луга, серые деревенские постройки, их сменяли глубокие белорусские леса и озера.

– До чего красиво, Сашка! Глаз не оторвать! И почему в такой богатой стране люди живут, как будто рук и ног у них нет?

– Почему же нет?

– В магазинах такое убожество, везде пустые полки и сплошные дефициты! Чего проще навести порядок в народном хозяйстве, ведь четверть века прошло, как война окончилась!

– Наумыч, это только у вас, если запланировали прирост полтора процента в год, он и получается. А другим ведь ничего не надо, только б на диване лежать!

– Ну, ты-то не лежишь на диване, всю жизнь, почитай, баранку крутишь!

– А мне скучно лежать на диване, хочется что-то доброе делать!

По мере продвижения на запад скромные деревянные белорусские хаты сменились традиционными украинскими с крышей, покрытой соломой, камышом или мелкой дранкой. Все чаще рядом с сооружениями традиционного крестьянского двора теперь встречались церкви, сельские управы да корчмы. Марк Наумович то и дело просил водителя остановиться, чтобы сфотографировать причудливые четырехскатные крыши на стропилах, которые крепились на венцы сруба, или на продольных балках, положенных поверху стен.

– Ты смотри, Сашка, какая красотища, я мечтаю вот такую избу построить у нас да корчму в ней сделать! А вкусно-то как готовят! – восхищался Бородин, отобедав с водителем в придорожном кафе с высокой и крутой крышей и искусно украшенной галереей – пристройкой вдоль стен.

– Да, удачно постройка вписалось в окружающую среду, и мельница рядом и церковь! Ничего не скажешь! А вкусно, потому что не воруют, а готовят, как для себя!

Магазинчики вдоль приграничной трассы в Хусте, …Заречье и Мукачево впечатлили настолько, что Марк Бородин тут же пообещал себе поднять оршицкие пункты общественного питания на небывалый доселе европейский уровень.

Проехав без малого 20 часов кряду, командированные граждане остановились в гостинице в Ужгороде, чтобы утром стать участниками праздника кооператоров, основанного Международным кооперативным альянсом еще в апреле 1922 года, а заодно и перенять опыт Закарпатского облпотребсоюза на многочисленных предприятиях с мощным экономическим потенциалом.

Поближе познакомившись с закарпатскими коллегами, разумеется, Бородину захотелось посетить профильные магазины и рестораны, кондитерские цеха, производственные, перерабатывающие и заготовительные структуры, а вместе с ними заглянуть и на скотобойные пункты и рынки. Но определенно главная задача Бородина была в том, чтобы лично и напрямую, в обход так сказать планового директивного хозяйства, договориться о первоочередных поставках в Оршицкий район овощной и мясной продукции Закарпатья и без лишних свидетелей рассчитаться за поставленные ранние огурчики.

6

– Аннушка, я дома! – с порога крикнул Фима. – Собери мне саквояж, меня в командировку отправляют!

– Куда, Фимочка, на этот раз? – вышла на крик Анна Ивановна.

– В Кишинев!

– О! Привези мне коньяка! И что-нибудь красивое… Да и к детям непременно заедь!

– Я как раз за коньяком туда и направляюсь, но к детям вряд ли успею.

– А ты постарайся!

– Хорошо, Аннушка, я попробую, – не стал спорить Фима по причине отсутствия времени и бесполезности дальнейших пререканий.

Несколько лет назад Марк Бородин для непомерных аппетитов чиновников создал так называемый «благотворительный фонд Бородина» в пользу власть имущих. И теперь перед грядущими праздниками подчиненные Бородина для пополнения этого «фонда» командировались в соседние республики для покупки икры, осетрины и настоящей воблы, отборного коньяка и главного атрибута советского чиновника – ондатровых шапок. На этот раз по заданию шефа Ефиму Ильичу предстояло пополнить складские запасы французским коньяком.

Со своим бессменным водителем Фима быстро доехал до Кишинева, в котором уже полным ходом буйствовали краски лета, и затарился дефицитным коньяком. Неожиданно быстро справившись с поставленной задачей, Фима успел-таки повидаться с детьми, радостно повисшими на отце из-за длительного расставания. Привязавшаяся к детям няня, Нонна Марковна, угостила Фиму отличным белым виноградным вином и изысканной долмой в виноградных листьях.