Читаем Концессия полностью

— Э-э-э… Хесус-сан? — обратился я к мужику в летах. — Бригадир?

— Хесус Мария Хуан Лопес Гарсия, сеньор, — с ироничной ухмылкой слегка склонил голову тот, приложив к сердцу правую ладонь. Ладно хоть воображаемой шляпой не помахал. — Бригадир, точно. А вы, я так понимаю…

— Да, нам тоже интересно, что ты за хрен с горы, пендехо! — вышел чуть вперёд тип с цепью.

Надо же, как точно спрогнозировал, вплоть до отдельных фраз и выражений! Погордиться, что ли? Пожалуй… но исключительно про себя. А пока что нужно демонстративно игнорировать бузотёра. Что, собственно, я и проделал, обратившись к бригадиру:

— Э-э-э… сеньор Хесус Мария Хуан…

— Можно просто Хесус.

— Сеньор Хесус, не представите ли мне наших молодых коллег?

— Эй, я с тобой разговариваю, пендехо! — продолжил кипятиться типок.

— Этот несдержанный на язык юноша — Люпе Лопес, техник-ремонтник, — ухмыльнулся Хесус. — Примеряет на себя роль лидера первичной трудовой ячейки, если выражаться языком инструкций.

— О! — с интересом покосился я на скандалиста. — Похвально! А этот молодой человек выдающихся габаритов?

Амбал, на которого я указал бригадиру взглядом, нахмурился, но так и не решил, стоит ли обидеться, или ну меня к демонам.

— Это Серхио Санчес, тоже техник-ремонтник, — представил сотрудника Хесус. И добавил, предвосхищая мой следующий вопрос: — А вон тот скромняга — Игнасио Альенде, лаборант-химик.

— Приятно познакомиться, господа! — объявил я, одарив всю четвёрку подсмотренным у Игараси-сама ироничным взглядом с прищуром. — Я Генри Форрестер, старший…

— Эй, а я тебя помню! — перебил меня Люпе. — Ты с нам летел, на «Айнстайне»! Только жил в отдельной каюте! И в челноке нашей компанией побрезговал, пендехо! Интересно, за что тебе такие преференции?

Ого, хмыкнул я про себя. Переигрываешь, сеньор Лопес. Весь такой брутальный, а суть всё равно наружу прорывается. Техник-ремонтник — это как минимум колледж, сиречь средне-техническое образование. Скорее всего, насмотрелся на родине на таких вот гопарей, и решил на новом месте отыгрывать роль опасного типа. Своеобразная защитная реакция организма. Вот только не на того нарвался. Габариты у меня, конечно, не настолько выдающиеся, как у того же Серхио, да и атлетичным сложением я никогда не отличался, несмотря на серьёзные занятия спортом… бокс не бодибилдинг, верно? А рожа у меня и вовсе интеллигентная. Плюс лёгкая сутулость. Вот и не боится меня шпана.

— Вы что-то имеете против, сеньор Люпе? — ухмыльнулся я, иронично заломив бровь.

Надеюсь, получилось достаточно обидно. Раз уж ввязался в спектакль, то следует отработать с полной самоотдачей. Благо и зритель заинтересованный есть — Хесус. Вон как зыркает, тайком посмеиваясь в кулак.

— Не рановато ли чёрный костюмчик напялил, пендехо?! — продолжил тем временем нагнетать обстановку Лопес.

Между прочим, играя мне на руку. Думаю, стоит поддержать его в этом благом начинании.

— В самый раз, сеньор «слишком много на себя беру», — процедил я, всем своим видом выражая презрение к «серой массе».

— Серхио, он нас оскорбил! — ткнул в меня пальцем Люпе.

— Реально? — удивился амбал.

— Точно тебе говорю! Бей этого пендехо!

— Как скажешь, — пожал плечами Серхио, и с неотвратимостью тяжёлого танка попёр на меня.

Видит бог, я этого не хотел. Но от судьбы не уйдёшь, так что понеслась!

* * *

… когда минут через двадцать открылась входная дверь, первым в неё прошмыгнул мой давешний знакомец — кот Сигизмунд. И только потом вошли ещё двое — Игараси-сама и… тот самый мужик со шрамом, утренний попутчик. Как его?.. Галлахер, да! Должен сказать, картина их ожидала столь идиллическая, что оба гостя немедленно заподозрили неладное: мы с Хесусом мирно болтали о здешнем житье-бытье в приложении к отдельно взятой мастерской, а буянистые рекруты делали вид, что заняты тщательным изучением должностных инструкций. И всё бы ничего, но кое у кого недавние события в буквальном смысле слова отпечатались на рожах, что не могло не броситься в глаза бывалым спецам, привыкшим руководить проблемными коллективами. Высокие гости переглянулись, и первым на правах хозяина высказался наш непосредственный начальник:

— Что я вижу?! Уж не обманывают ли меня глаза, Галлахер-сан?

— С вашими глазами всё в полном порядке, Игараси-сама, — в тон моему боссу отозвался тот. И по-настоящему, без скидки на шрам, ухмыльнулся: — Познакомились уже!

— И как же вы это всё объясните, господа? — подпустил льда в голос Игараси.

— Ма-а-а-у-у-у! — поддержал его Зигги.

Вот ведь глаз-алмаз! Мы же ничего не разбили, не сломали, и даже кровью почти нигде не накапали… да и общий язык уже нашли! А он вон как — раз, и готово! Зрение что надо, если отметины на моих недавних оппонентах разглядел от самого входа…

Бригадир хмыкнул и тоже с заметным интересом уставился на проштрафившуюся троицу, типа, давайте, отмазывайтесь.

И тут, к моему изумлению, первым взял слово амбал Серхио, который в моём понимании на мозговой центр ну никак не тянул:

— Я оступился, сеньор.