Читаем Контакт полностью

На этот раз они согласились с готовностью. И Элли выложила свои листы, испещренные нулями и единицами — зрелище не назидательное и не вдохновляющее. Она с осторожностью поясняла — говорила и о предполагаемом разбиении на страницы, и о предисловии, на которое можно только надеяться. Не уславливаясь, они с дер Хииром умолчали о высказанной советскими учеными догадке: пока нельзя было утверждать, что Послание представляет собой проект для некой машины. Это всего лишь предположение, о котором русские еще не заявили официально. Она рассказала им немного и о самой Веге — о ее массе, температуре поверхности, цвете, расстоянии от Земли, возрасте и об окружающем звезду кольце обломков, обнаруженном в 1983 году с американского спутника инфракрасной космической аппаратурой.

— А вот кроме того, что Вега — одна из самых ярких звезд на небе, есть в ней что-нибудь примечательное? — допытывался Джосс. — Нечто, связывающее ее с Землей?

— Звезда как звезда, ничего особенного. Есть, правда, одно совпадение: Вега была нашей Полярной звездой 12 тысяч лет назад и вновь станет ею через 14 тысяч лет.

— А я думал, что Полярная звезда всегда останется Полярной, — проговорил Ренкин, все еще поглаживая папку с бумагами.

— Полярной она пробудет еще несколько тысяч лет. Земля подобна обычному волчку, ось которого медленно прецессирует по кругу. — И Элли показала карандашом перемещение земной оси. — Это явление называется прецессией равноденствий.

— Оно было открыто Гиппархом Родосским, — добавил Джосс, — за два столетия до нашей эры.

Странно, подумала Элли, что он помнит это.

— Совершенно верно. И в настоящее время, — продолжила она, — направление данной оси указывает на звезду, входящую в созвездие Малого Ковша, или Малой Медведицы. Мы называем ее Полярной. Мистер Ренкин, кажется, перед ленчем вы упоминали именно это созвездие? По мере прецессии земная ось будет указывать на разные области неба, не только на Полярную звезду. Полный оборот Северный полюс совершает за 26 000 лет. Сейчас направление данной оси почти точно совпадает с направлением на Полярную звезду, достаточно точно для нужд навигации. Двенадцать тысячелетий назад она указывала на Вегу. Это случайность, не ищите здесь никакой физической связи. Размещение звезд внутри Млечного Пути никак не влияет на ориентацию вращения Земли, на угол ее наклона к плоскости эклиптики, равный 23,5 градусам.

— Но послушайте, ведь цивилизация и возникла 12 тысяч лет назад, за 10 тысяч лет до Рождества Христова? — спросил Джосс.

— Что вы, разве Землю сотворили не в 4004 году до нашей эры?

— Ну, теперь в это едва ли кто верит, так, брат Ренкин? Мы просто думаем, что возраст Земли еще окончательно не установлен, как это и полагают ученые. В том, что касается возраста нашей планеты, можете считать нас агностиками, — блеснул он неотразимой улыбкой.

— Значит, в те времена, когда люди начинали заниматься мореходством и впервые переплывали Средиземное море или, скажем, Персидский залив, Вега была их путеводной звездой?

— Но тогда еще не успело закончиться последнее оледенение. Для навигации скорее всего было еще рановато. Но именно в это время охотники через Берингов пролив шли в Северную Америку. И, возможно, эта звезда, сиявшая прямо на севере, казалась им удивительным даром — провидением, если хотите… держу пари, это совпадение спасло не одну жизнь.

— Весьма интересно.

— Я вовсе не хочу, чтобы вы усмотрели в слове «провидение» нечто, кроме метафоры.

— Как я могу решиться на это?

По физиономии Джосса было видно, что дело близится к завершению, и он не обнаруживал неудовольствия. Впрочем, в повестке дня Ренкина еще оставалось несколько пунктов.

— Позвольте усомниться в том, что Вега могла быть Полярной звездой без Провидения Божьего. Я верю в Бога, моя вера прочна и не нуждается в доказательствах разума, каждый новый факт только обретает в ней подтверждение.

— Сожалею, но похоже, что вы вовсе не слушали меня утром. Я совершенно не согласна участвовать ни в каком диспуте на подобные темы, если вы заранее отвели себе роль победителя. Насколько мне известно, вы никогда не пытались испытать свою веру. А разве не стоит рискнуть жизнью ради этого? Я, например, вполне могу себе это позволить. Поглядите в окно, видите — вон большой маятник Фуко. Гиря, должно быть, весит пять сотен фунтов. И мое кредо гласит: амплитуда колебаний свободного маятника не может превысить первоначальное отклонение от вертикального положения. Она будет только уменьшаться. Давайте встанем возле него, я приставлю маятник к своему лбу и отпущу. А когда он качнется назад, то, если я заблуждаюсь, все пять сотен фунтов ударят меня в лицо. Как идея? Рискнете опробовать свою веру?

— В этом нет необходимости. Я верю вам, — ответил Джосс. Лицо Ренкина напротив выражало явный интерес. Смакует, должно быть, подумала она, на что я буду потом похожа.