Читаем Контакт полностью

И ты мчишься на восток к убегающему горизонту от зари до зари, облетая планету за полтора часа. А потом уже начинаешь различать подробности на ее поверхности. Невооруженным глазом можно столько увидеть. Вот-вот внизу вновь появится Флорида. Успел ли тот тропический ураган, что бушевал на просторах Карибского моря, добраться до Форт-Лодердейла? Интересно, хоть одна вершина в Гиндукуше освободилась этим летом от снега? И потом ты восхищаешься аквамаринами рифов в Коралловом море. Или глядишь на ледяную шапку Западной Антарктиды и думаешь: неужели, если она растает, потоп и в самом деле погубит все прибрежные города планеты?

Впрочем, днем отсюда трудно заметить следы человеческой деятельности. Но в ночное время, за исключением полярных сияний, все, что мигает, моргает и светится на Земле, — дело рук человека. Вот залитая светом Северная Америка, световое пятно протянулось от Бостона до Вашингтона, образуя на деле, не по названию, огромный мегаполис. Вот факелы природного газа над ливийской пустыней. Ясные огоньки флотилии японских ловцов креветок в Южно-Китайском море. На каждом витке Земля открывает перед тобой новую повесть. И ты видишь столб дыма над одним из Камчатских вулканов, унесенное бурей с просторов Сахары песчаное облако возле берегов Бразилии, не ко времени охватившие Новую Зеландию холода. И вся Земля предстает перед тобой живым и единым телом. И о ней хочется беспокоиться, ухаживать за ней… делать ей только добро. Границы между странами невидимы — словно параллели и меридианы, как тропики Рака и Козерога. Но границы эти произвольны. А реальна — планета.

Потому-то космические полеты и подрывают устои. Все побывавшие на орбите счастливцы после недолгих раздумий приходят к одинаковым мыслям. Государства создавали космические аппараты ради своего престижа, так что есть некая ирония судьбы в том, что вступившему в космос Земля кажется единым миром.

Нетрудно представить то время, когда человек будет провозглашать верность этому хрупкому голубому миру, может быть, даже всей россыпи миров, кружащих вокруг той желтой карликовой звезды, которую люди, еще не подозревая, что каждая звезда — это солнце, именовали Солнцем с большой буквы. И только теперь, когда в космосе побывало столько людей, когда длительное пребывание на орбите оставило им время и на размышления, стало проступать это грядущее планетное единство. Так уж вышло — многие из тех, кто кружил над планетой по невысоким орбитам, оказались влиятельными людьми.

Первыми, еще до людей, здесь побывали животные. Космос успел привыкнуть к амебам, плодовым мушкам, крысам, собакам, человекообразным обезьянам. Полеты становились более длительными и давали неожиданные результаты. Впрочем, плодовые мушки и всякие микроорганизмы были тут ни при чем. Как оказалось, нулевая гравитация увеличивала продолжительность жизни млекопитающих на 10–20 %. Причина этого в том, что в условиях невесомости на тело не действуют силы тяготения и окисление в клетках идет не так быстро, как на Земле, а значит, человек живет дольше. Врачи утверждали, что эффект будет сильнее проявляться на людях, чем на крысах. В воздухе запахло бессмертием.

Вероятность заболевания раком на орбите оказалась на 80 % ниже, чем в контрольной группе животных, оставшихся на Земле. Вероятность лейкемии и лимфатических карцином снизилась на 90 %. Некоторые признаки, пусть и без достаточной статистической аргументации, указывали, что скорость спонтанной ремиссии новообразований в невесомости значительно увеличивается. Полвека назад германский химик Отто Варбург высказал мнение, что окислительные процессы в клетках порождают многие случаи рака, и низкое потребление клетками кислорода в условиях невесомости стало сулить многообещающие перспективы. Люди, которые десятилетия назад предприняли бы паломничество в Мексику за летрилом[40], теперь требовали билет в космос. Цены оставались чудовищными, а потому профилактика и лечение в космосе были доступны немногим.

И вдруг началось. В постройку орбитальных станций медицинского назначения стали вкладываться неслыханные до сих пор суммы. К концу второго тысячелетия в космосе в нескольких сотнях километров над поверхностью Земли появились первые лечебницы для пенсионеров. Кроме дороговизны у орбитальных приютов нашлись и другие недостатки: люди с прогрессирующими остеологическими и сосудистыми заболеваниями не могли вернуться на поверхность Земли. Впрочем, для богатых старцев это не было помехой. В расчете на лишние десять лет жизни они охотно отправлялись на покой в небеса… чтобы умереть там.