Читаем Конспирология полностью

Через несколько веков после удаления Рама от дел управления сакральной Империей в Индии происходит сакрально-политическая катастрофа, послужившая деструктивным импульсом для всего устройства Империи Рам. Это было восстание принца Иршу. В этом восстании Иршу не только преследовал цели захвата власти, на которую он не имел права в соответствии с законами Рама, но и совершил религиозную революцию — Перво-революцию, ставшую парадигмой всех последующих исторических революций. Это было восстание третьего, Царского, уровня Высшей Коллегии против двух остальных уровней, и особенно против второго Жреческого уровня. Иршу выдвинул претензии на полноту власти в Индии и заявил о достаточности одного уровня Высшей Коллегии — уровня Царского. К восстанию Иршу примкнули все анархические и склонные к антиномизму элементы в Империи Рам — потомки Черных Королей, не удовлетворенные интеграцией в систему Рама, преступники кастовых и религиозных предписаний, служители культа Тельца, предшествовавшего имперским реформам Овна и другие революционные кадры. Символами восстания стали Красный Цвет, Бык, Красная Голубка и Лунный Серп. В Индии Иршу и его сторонники потерпели поражение, но волна Революции прокатилась по всем материкам, образовав цепь антижреческих и антитроических революций. «Иршуизм» стал постоянным фактором сакральной истории. Он проявился в набегах ионийцев (согласно д'Альвейдру, слово «ионийцы» происходит от санскритского «иони»), в завоевании гиксами Египта, в императорском пурпуре Рима, в Туранистских набегах быкопоклонников-тюрков на овнопоклонников-иранцев и т. д. При этом любопытно, что Сэнт-Ив связывает «иршуизм» («цезаризм») с «Монотеизмом», а «рамизм» с «Троичностью». — Полноценная Высшая Коллегия имеет три уровня, а «иршуистский» монархизм — только один. С другой стороны, д'Альвейдр соотносит религиозные культы «ионийцев» с пантеизмом, натурализмом и имманентизмом, а также с магией и с кровавыми жертвоприношениями. В целом же Революция Иршу в религиозной сфере может быть определена как отрицание трансцендентного Принципа и духовной власти. При этом, однако, «ионийская» красная революция отнюдь не означает атеизма. Она предполагает наличие особой анимистической, натуралистической и оргиастической сакральности, особых культов с подчеркнутой женской, экстатической спецификой. Это — культы Быка, Венеры, Луны, Земли, Великой Матери, а также всех теллурических и лунных демонических сил.

Вся сакральная история после восстания Иршу рассматривается Сент-Ивом как противостояние двух религиозно-политических парадигм: синархии и анархии (частным случаем которой является Монархия, оторванная от двух других уровней Высшей Коллегии). Анархические тенденции выступают не только и не столько как самостоятельные религии или государственные идеологии, сколько как элементы социально-религиозных структур, способных, в зависимости от обстоятельств либо выходить на поверхность и декларировать унно-женско-царско-бычье-красную анархию, диктатуру антитроической, антижреческой и антипророческой Революции, либо скрыто подтачивать устои Синархического правления через теллурические культы Матери Земли, через оргиастические мистерии, через лунную духовность магов. Поэтому после внешних набегов ионийцев, гиксов, филистимлян и т. д. борьба этих двух идеологий стала по преимуществу подспудной, и протекала она отныне в рамках одного и того же государства, одной и той же религии и т. д. (Любопытна особая оценка д'Альвейдром маздеизма и зороастризма, которые он считал экстремальным выражением сугубо солнечной тенденции, — второй Жреческий уровень Высшей Коллегии, — специально акцентирующей не столько Троическую Синархию, сколько Двоическую антимонархию, анти-анархию как прагматическое средство религиозной войны с натуралистическими «ионийцами», в имманентном экстазе настаивающими на единственности проявленного мира и, соответственно, на единственности Царской функции, на пантеистическом монизме. (Сэнт-Ив не оправдывает дуалистического отклонения от Синархии, но показывает практические причины этого).