Можно определить эту концепцию как «заговор нищеты». Смысл «заговора» в том, что определенная категория человеческих существ, особый социальный тип, не имеет необходимых качеств ни для того, чтобы организовать производство, ни для того, чтобы участвовать в нем в качестве наемной рабочей силы, ни для того, наконец, чтобы вписаться в систему банковского контроля над сферой производства; но одновременно с тем, эта категория не удовлетворена своим маргинальным положением и стремится одержать мгновенный реванш, разом встать надо всей структурой общественных отношений и организовать «диктатуру нищих». Определенные аспекты коммунистической идеологии — «диктатура пролетариата», «ненависть к производительным (и поэтому «реакционным» и «коллоборационистским»!) элементам» — профессиональным рабочим, крестьянам и т. д. — а равно и определенные стороны советской истории вполне подтверждали основные положения этой теории. «Заговор» «чистых» революционеров ориентируется на использование кризисных явлений в обществе, которые открывают широкое поле деятельности для совершенно лишенных какой бы то ни было программы «заговорщиков» и при условии дисциплины, цинизма и ловкости приводят «нищих» к политической власти, тогда как другие политические силы остаются рабами собственных идеологических построений. Собственно, изначальная реальность большевицких революций соответствовала именно такому «люмпеновскому» сценарию, и лишь потом циничные проходимцы, пришедшие к власти, начинали использовать прагматически элементы более позитивных социальных программ.

Поскольку этот маргинальный элемент существует в той или иной степени во всех обществах, то после победы «большевиков» в какой-то одной геополитической области можно ожидать экспорта их теорий и в другие регионы, так как носители этих теорий потенциально всегда имеются в наличии. На этом основании опасность «большевицкого заговора» всегда присутствует на политическом горизонте любых, «еще не ставших коммунистическими» режимов. Создание же после второй мировой войны «социалистического лагеря» придало опасности «мировой революции» конкретные, осязаемые формы в виде «просоветской пропаганды», «советских спецслужб» и т. д. И как частный случай антибольшевицкой конспирологии сложился миф о «вездесущем КГБ», которое приобрело статус особой секретной организации, особого тайного общества, чьи цели и задачи простирались значительно дальше политической и идеологической программы советских держав. «КГБ» постепенно переросло в самостоятельную конспирологическую категорию, получившую почти независимое существование по отношению к самим коммунистическим режимам, которые, будучи реализованными на практике, потеряли постепенно флер нечеловеческой чудовищности, совершенно необходимый для всех конспирологических построений. А кроме того, реальные большевицкие режимы (за исключением, пожалуй, Камбоджи при Пол Поте) довольно скоро впитали в себя значительное число социально позитивных, государственных или националистических элементов, которые превратили социалистические страны в слишком обыденные для конспирологического сознания системы. «КГБ» же за счет своей секретности осталось ядром антибольшевицких разоблачений конспирологов.

У теории «заговора нищих» есть, естественно, и «оккультная» подоплека. Во-первых, у религиозных конспирологов всегда тревожные подозрения вызывал воинствующий атеизм коммунистов, который в теологической перспективе уже сам по себе не может не означать «присутствия Дьявола», а значит, и его более или менее сознательных человеческих агентов. А во-вторых, и это особенно касается позднего, т. н. «развитого социализма», интерес определенных кругов в советском брежневском руководстве к оккультизму и неооккультизму, породил концепцию существования в недрах КГБ «института черной магии», использующего мистические практики для реализации психического контроля внутри страны и для организации планетарных психодиверсий на мировом уровне. Таким образом, антибольшевицкая конспирология имеет традиционный и архетипический для всей этой сферы «оккультный» аспект. Кроме того, существуют интересные конспирологические (в той или иной степени) труды, разбирающие «мистический» характер коммунистической идеологии в целом. (Наиболее интересны, на наш взгляд, работы Н.Кона «Фанатики Апокалипсиса» и И.Шафаревича «Социализм как явление мировой истории»).

Угроза «Нового Мирового Порядка»