Читаем Консьерж полностью

А потом началась игра в Золушку. Всем, как мужчинам, так и женщинам, приказали собраться у ресепшена, где требовалось снять один ботинок и подтвердить размер обуви для полиции. В вестибюле царил хаос, так как все пришли одновременно. Люди опирались на мебель, оставляя грязные следы на дереве. Мистер Поттс помог мне собрать в мусорные пакеты увядшие цветы. Я никогда не видел, чтобы стол перед входом выглядел таким пустым. По всему залу выстроилась очередь из гостей и персонала. Детектив Радж сел в кресло и предложил каждому участнику по очереди подойти и записать свой размер обуви. Если они проходили тест, то им разрешалось вернуться в номер. Если возникали дополнительные вопросы, их уводили в библиотеку.

Выяснилось, что окровавленные ботинки были пятого размера. Хелен сказала, что они довольно маленькие, поскольку средний размер в Великобритании – шестой. Как понимаете, всех мужчин тут же исключили. Даже согнув пальцы ног, ни один не втиснул бы ноги в ботинки.

Первой женщиной, которую отвели в сторону, стала одна из администраторов, Шамила. И, ей-богу, она выглядела так, словно от страха вот-вот потеряет сознание. Фиона бросилась, чтобы поддержать девушку, но двое полицейских протянули руки, удерживая ее на расстоянии. Я увидел, как Шамила сглотнула и жалобно посмотрела на Фиону, которая одними губами прошептала: «Все будет хорошо» – и ободряюще улыбнулась. Шамилу отвели в библиотеку. Представляю, с каким облегчением она вздохнула, когда к ней присоединились еще несколько подозреваемых, в том числе еще одна сотрудница ресепшена, Хлоя, а также новобрачная, ее мама и близняшки. Когда новобрачную увели, мистер Поттс посмотрел на меня, удивленно подняв брови. Она стремительно превращалась в главную подозреваемую, но нам требовалось больше доказательств, чтобы поделиться своими подозрениями с полицией.

Девушки провели в библиотеке около часа. За это время мистер Поттс отправился в номер «прилечь», что, по-моему, означало, что он хотел дозаправиться, оставив нас с Фионой на ресепшене в тревожном ожидании. Мы пригибались всякий раз, когда мимо проходил кто-нибудь из полицейских, не желая, чтобы нам приказали вернуться в номер. Фиона распечатала список дежурных, из которого следовало, что ни одна из девушек не работала в день до убийства и обе только заступили на смену, когда я обнаружил тело Бруно.

Фиона постучала в дверь библиотеки, но изнутри крикнули: «Уходите!» Мы узнали голос детектива Раджа. Фиона просунула список под дверь.

Стоя за стойкой ресепшена, Фиона нервно наматывала на палец резинку, останавливаясь, лишь когда кончик приобретал красновато-фиолетовый оттенок, а затем принималась за другой палец.

Я всегда считал, что из Фионы получилась бы отличная мать; она изо всех сил защищает тех, кто ей дорог. К сожалению, этому не суждено было сбыться. Я спрошу ее разрешения, чтобы включить следующий фрагмент в книгу, и, если в итоге он войдет в окончательный вариант, это будет означать, что она согласилась.

Я давно знаю Фиону, поэтому видел, как тяжело ей давалась борьба с бесплодием, которую они вели вместе с супругом. Много лет они безуспешно пытались зачать. Мы часто вместе пили чай, и она плакала. Худшими были дни, когда в отель приезжала беременная или одна из сотрудниц объявляла, что ждет ребенка. Потом, когда только появилась процедура ЭКО, Фиона с мужем откладывали каждый пенни, чтобы попытаться. Наконец пришел их черед, сработало… А потом что-то пошло не так. Фиона тогда взяла отпуск на месяц, а когда вернулась, то стала гораздо более жесткой и суровой. Такая боль может изменить человека навсегда. Они не стали проводить процедуру повторно.

Через шестнадцать минут после того, как Фиона просунула список под дверь библиотеки, сотрудниц ресепшена отпустили. Фиона обняла их, чтобы приободрить. Она сказала полиции, что у нее есть телефон журналиста, и, если они не отпустят девочек домой, она свяжется со средствами массовой информации и расскажет о том, что именно происходит в «Кавенгрине». В результате, чтобы утихомирить разъяренную Фиону, детектив Радж неохотно разрешил девочкам уехать, но их отъезд был строго конфиденциальным. Они покинули отель в полдень, как раз до того, как постояльцы подняли бучу из-за обеда. Все произошло очень быстро. Девочек усадили на заднее сиденье полицейской машины и попросили пригнуться, когда они будут проезжать ворота, чтобы их не заметили. Когда полицейская машина промчалась мимо журналистов, мы, стоя у входа в отель, услышали отдаленные возгласы.

Возможно, вам интересно, почему мы сами не попытались уйти. Наверное, потому же, почему капитан никогда не покинет тонущий корабль, пока все пассажиры и команда не будут спасены. К тому же детектив Радж ясно дал понять, что нам это не светит.