Читаем Консьерж полностью

– Не очень-то приятное зрелище?

Кивок показался мне единственным подходящим ответом. Оглядываясь назад, я жалею, что не вел себя смелее. Теперь, когда я по другую сторону баррикад, легко так говорить. Не хочу, чтобы вы, читатели, думали, что я тюфяк. Надо понимать: я только что увидел мертвеца, человека, которого убили, и сидел как в воду опущенный. И еще мне было страшно. Я боялся, что воспоминания обо всей этой крови будут преследовать меня вечно, боялся, что меня обвинят в том, чего я не совершал. Надеюсь, в дальнейшем вы заметите, какие перемены во мне произошли по ходу истории. То, что случилось, сделало меня сильнее, это я знаю наверняка. Не думаю, что люди перестают учиться в старости, даже в семьдесят три года. Многих это губит: они полагают, что слишком старые, чтобы расти и меняться. Но я так не считаю.

Детектив Радж заявил, что хочет мне кое-что показать. Он открыл ноутбук и вставил туда такую штуку…

Хелен, пожалуйста, отредактируй фрагмент, чтобы добавить название этой штуки.

Я в них не очень-то разбираюсь.

Он вставил в разъем USB-накопитель [примечание редактора]. Следователь выдвинул стул рядом со мной и нажал на кнопку воспроизведения. Это был я. Я направлялся к седьмому номеру, держа в руках ведерко со льдом. Странно вновь увидеть ту версию самого себя – версию, которая еще не обнаружила труп. Версию, жизнь которой вот-вот изменится из-за зрелища, оставившего на ней неизгладимый след. Каким наивным я был.

На видео изображалось, как я стучу в дверь и захожу внутрь. Детектив Радж поставил запись на паузу. Он достал мобильный телефон и сказал, что собирается включить секундомер. Запустив его, он нажал кнопку воспроизведения. Я переводил глаза с экрана на телефон и обратно. Десять секунд. Двадцать секунд. Через тридцать секунд я понял, зачем следователь это делает. Я догадался, на что он намекает. Сорок секунд. Ничего. Сорок пять секунд. Ничего. Пятьдесят секунд. И тут я вышел из номера, а детектив Радж остановил секундомер.

– Понятное дело, что мы только начали расследование и нужно будет поговорить со всеми. Но объясните, почему, войдя в комнату и увидев труп, вам потребовалось пятьдесят секунд, чтобы выйти и позвать на помощь? По-моему, тут можно уложиться в десять или, пожалуй, пятнадцать секунд.

Темные глаза детектива Раджа бесстрастно уставились на меня. В этом человеке не сыщешь ни капли теплоты.

– Наверное, мне нужен адвокат, – предположил я.

– Мистер Харроу, в этом нет необходимости. Мы просто беседуем, неофициально, не для протокола. Неприятностей не ждите, – чуть оживленнее произнес детектив Радж, точно желал убедить меня в том, что говорит правду. – Поскольку именно вы обнаружили тело, необходимо сначала выяснить вашу точку зрения относительно произошедшего, – заверил он, обнажив зубы в улыбке. – Теперь вернемся к тем пятидесяти секундам…

– Именно столько это и заняло. Я поставил в-в-ведерко со льдом, обернулся и увидел Бруно, мистера Таттерсона, мертвого в ванной…

– Вы поняли, что он погиб, просто посмотрев на него?

– Там столько к-к-крови было… – Я трижды постучал себя по голове. – Было очевидно, что он мертв. Глаза распахнуты, а взгляд п-п-пустой…

– А потом?

– Я был в шоке. Стоял там в ступоре. Моргнул три раза. Затем пошел за мистером Поттсом. За помощью.

Возможно, вас удивил этот разговор: неужели все так и произошло на самом деле? Но поверьте, этот диалог врезался мне в память. Конечно, я не запомнил его слово в слово, но довольно близко к тому. Постараюсь максимально точно передать нашу беседу. Если засомневаюсь в том, какая фраза прозвучала, то опишу, что произошло в ходе разговора. Я бы хотел предупредить вас об этом, потому что понимаю, что у вас могут возникнуть вопросы.

Я попросил у детектива Раджа воды; он заявил, что даст попить, как только я объясню, почему, обнаружив труп, провел в комнате пятьдесят секунд и лишь затем вышел. Он даже засек, сколько времени ему потребовалось, чтобы моргнуть три раза. Восемь секунд. Я твердил и твердил, что получилось, как получилось. От шока, вызванного видом убитого, я реагировал медленнее обычного, и, конечно, в этом не было ничего экстраординарного. Но он не бросил свое занятие. Казалось, он хотел покончить с делом как можно быстрее, а значит, добиться от меня признания. Я вращался на стуле туда-сюда, наблюдая, как детектив Радж расхаживает по кабинету, без лишних слов доказывая мне, что я виновен. Стрелки на часах прыгали; время шло, но все вокруг казалось таким медленным. Я измучился, вымотался, хотел домой. Все, чего я желал, – вернуться во вчерашний день, когда самой большой трудностью были айпады, которые решили использовать новые владельцы. Как видите, все относительно.

– Вы врете! – стукнул кулаком по столу детектив Радж после очередного часа расспросов, которые ни к чему не привели.