Читаем Конкистадоры полностью

Возвращение Кортеса в Мексику было настоящим триумфом. Весть о чудесном воскрешении вице-короля с быстротою молнии разлетелась по стране. Испанцы приходили из дальних мест, чтобы приветствовать прославленного полководца; в честь него воздвигались почетные арки, его осыпали цветами. В городах, через которые следовал Кортес со своей блестящей рыцарской свитой, гремела музыка, царило ликование. В июне 1526 года вице-король вступил в Мехико и расправился там со своими врагами.

Все же ему не суждено было долго вкушать плоды победы. За время его отсутствия в Испанию были отправлены бесчисленные жалобы, руку к которым приложили Саласар и его приспешники. Они доносили королю, что Кортес якобы растратил на свои нужды причитающуюся королю пятую часть добычи, а его величеству посылал ложные сведения о доходах; что он спрятал сокровища Монтесумы и выстроил себе великолепный дворец, что власть его над Мексикой ничем не ограничена и он назначает на важные посты своих ставленников.

Но самым страшным было обвинение в том, что Кортес якобы хотел отделиться от Испании. Этого Карл V опасался больше всего и поэтому вызвал Кортеса в Испанию для объяснений. Вице-король, глубоко уязвленный подозрениями, хотя и не такими уж беспочвенными, поспешно отправился в путь. Он взял с собой самых преданных соратников (среди них был и Сандоваль), сына Монтесумы и нескольких ацтекских и тласкальских касиков.

В мае 1528 года Кортес сошел на берег в Палосе – в том самом порту, из которого тридцать шесть лет назад отчалил Христофор Колумб, чтобы впервые пересечь неведомый океан. Кортес, как и некогда Колумб, остановился в монастыре Рабида и, по свидетельству. Эрреры, встретился там с будущим завоевателем Перу Франсиско Писарро, прибывшим из Нового Света, чтобы просить помощи у испанского короля для снаряжения новых завоевательных экспедиций к югу от Панамского перешейка.

Блестящая карьера Писарро только начиналась, карьера же Кортеса подходила к концу.

Вице-король отправился в Толедо к Карлу V. Весть о прибытии легендарного полководца всколыхнула всю Испанию, и поездка его в Толедо превратилась в триумфальное шествие.

«Короче говоря, – писал историк Эррера, – он явился во всем своем великолепии, как настоящий князь!». Казалось, что со своей блестящей свитой едет повелитель крупного, независимого государства. Люди толпами стояли на улицах городов и селений, стараясь увидеть знаменитого полководца, покорившего для Испании целую империю, и равного по независимости своей суверенным монархам.

Кортес вез королю художественные изделия из золота и серебра, драгоценные камни, двести тысяч золотых песо и много серебра. Вез он и диковинных зверей, и пестрых птиц, и коллекции растений. За Кортесом следовала целая толпа ацтекских врачевателей, гимнастов и плясунов. Впоследствии он подарил их Папе Римскому, добавив еще золота и драгоценных камней. Святой же отец, по свидетельству Берналя Диаса, признал огромные заслуги Кортеса в распространении христианской веры, издал особую буллу и отпустил ему все грехи.

Карл V понимал, что нельзя наказывать полководца, который присоединил к ожерелью испанских владений столь драгоценную жемчужину. Поэтому король милостиво принял Кортеса и его богатые подарки, благожелательно выслушал его донесение и старался показать свое расположение и доверие к нему. Король даже посетил Кортеса во время его болезни и не поскупился на награды и отличия. Он наделил Кортеса богатыми поместьями и обширными землями в Мексике, присвоил ему титулы маркиза Оахаки, капитан-генерала Новой Испании и Южного моря.

Битва конкистадора Гусмана и его союзников с индейцами Мичоакана (из старинной мексиканской рукописи).

Но эти громкие титулы являлись лишь пустым звуком: для управления Новой Испанией король назначил «аудиенсию» – судебно-административную коллегию во главе с Нуньо Гусманом.

Этот конкистадор, отличавшийся алчностью и жестокостью, за несколько лет до того был губернатором Мексиканской провинции Пануко. Он правил железной рукой и вконец разграбил Пануко, а туземцев частично истребил, тех же, кто остался в живых, обратил в рабство. Теперь он вместе с «аудиенсией» без зазрения совести грабил всю Новую Испанию: обложил касиков непомерной данью, конфисковал земли, которыми Кортес наделил своих сподвижников, и роздал их своим дружкам, захватил массу золота и серебра. Его солдаты совершали опустошительные набеги, ловили и убивали индейцев, клеймили раскаленным железом рабов и десятками тысяч продавали работорговцам для отправки на Антильские острова, где местное население было уже почти уничтожено. Поимка и клеймение рабов достигли небывалых размеров.