Читаем Конъюгаты полностью

– Что бы ты не сказал сейчас. Дело сделано. Я поняла. Я что-то чувствую к тебе. И ты тоже как-то странно ко мне относишься. Когда я думаю, что нравлюсь тебе, мне хочется закрыть тебе глаза и стать невидимкой. Я, боюсь всё испортить. И боюсь потерять этот наш милый домик, в который мы попали. Боюсь, что мы станем, как я и колобочек. Боюсь, что мне надо будет готовить тебе еду и носить красивую одежду. Что надо будет теперь перестать ходить как Буратино, а носить атлас и бархат, и вооружаться веером. А самое подлое: я действительно оказалось просто шлюхой. И я отрицала это. Врала себе. Думала, что я хорошая приличная девочка. И никто мне не открывал глаза. Все врали. Даже колобочек верит мне, что я хожу в гости к подругам. Я слишком свободная да? Чтобы стать красивой женщиной, мне надо быть немного несвободной?

Арс схватился рукой за повязку, чтобы сорвать ее: "Боже, какая чушь!"

Но она сдержала его пальцы.

– Сиди. И будь добр, молчи. Если ты ещё что-нибудь скажешь этим жестоким ртом, я вынуждена буду сказать, что ты мне нравишься. Будь Калиткой. Будь ко мне субъективным.

Глава 26

Тут Арсен не вытерпел, схватил её за запястья, притянул к себе, наощупь обхватил голову и ровно попал поцелуем в губы.

Аэл, видимо, сначала, в своих расстроенных чувствах не поняла, но потом забрыкалась. Причём довольно сильно. Но Арс удержался, не снял повязку, оторвался от её лица, но не отпустил девушку в целом.

– Теперь ты молчи, падшая женщина. И не буди во мне плохого мальчика, не то падешь ниже некуда этой ночью.

Аэлита рефлекторно приготовилась хныкать, и все ещё пытаясь выбраться из его объятий, укусила его в плечо.

– Я расскажу дедушке!

Но тут же зажала себе рот пальцами, как будто он мог её видеть. Мало того, что она брякнула ему о том, что все докладывает старику, и теперь сейчас ведёт себя как полная дура. Вот болтушка. Но в то же время её тело не слушалось её, она и пугалась, и возбудилась, и продолжала бороться с его вцепившимися в неё руками.

Арсен слегка ослабил хватку и сам немного как будто успокоился.

– Хорошо. Да. Можешь хоть завтра обручиться с Николаем Петровичем. Или переехать к Калитке. Я не возражаю. Не надо меня этого… Если тебе от этого плохо. Если я причиняю тебе неудобство.

Аэл перестала вырываться и уставилась в место, где должно быть его взгляд устремился вниз, искать что-то в земле.

Арс выпустил её.

– Я сам буду тебя любить. А теперь допивай свой морс и пора на боковую: маленьким деткам давно пора спать, уже поздно.

Он мягко отстранил её, снял повязку, и не оборачиваясь в её сторону пошёл готовить её походную кроватку.

Глава 27

Конечно, ничего между ними после не случилась. Аэлита покорно полезла в постель, но обычно засыпавшая за считанные секунды, на этот раз не заснула, а молча проплакала в старую подушку добрых три часа.

Она и злилась на себя, и оплакивала свой первый настоящий поцелуй, и мучилась муками совести, вспоминая своего наивного колобочка. Даже не в тему огорчалась из-за того, что на ней была старая футболка и потертые шорты, а под ними скучное, простое, чуть ли не бабушкинское белье.

Таким парням всегда нравятся эффектные женщины, как тётушка Далила, а не такие луковые чумодросы, как я.

Аэл хотела встать и пойти к нему в комнату, но тут же передумывала, потому что не знала, что скажет и что сделает. А вдруг Арсен действительно рассердится на неё и возьмёт силой, или хуже того, прогонит в ночь.

Арс, все же, услышал, как она сморкается и вытирает свой носик об его одеяло, и думал, что это из-за того, что Аэл сильно разочаровалась в нем и плачет от испуга.

Он хотел подойти к ней, погладить по голове, успокоить, извиниться, быть нежнее облака, но знал что ничего такого не может придумать своим быдловским существом.

Кажется, я вообще перестал сам с собой сочетаться. Неужели я всегда был таким инстинктивным и безалаберным? Или эта девчонка проела остатки моих мозгов. Господи, Калитке был прав. Я же старше. Что я наделал. Знал же, что она инфантильна. Что сам инфантилен. Господи, если она перестанет со мной "тусоваться", мне кажется я этого просто не вынесу и усохну от тоски, как печальная дева.

К утру Аэл встала необычно рано. Арсен слышал, но не смог заставить себя вылезти из своего бомбоубежища. И Аэлита была мысленно благодарна ему. Сама не зная почему, она оставила ему записку на кухонном столе. Она подумала, что он обидится, если она уйдёт так ничего ему не сказав.

Там значилось.

– Я приду. Когда успокоюсь, приду.

По пути домой девушка покопалась в своём телефоне, остановилась возле одного скверика, села на скамейку, и долго смотрела на чат с ним, не решаясь набрать сообщение. Потом собралась духом и быстро настрочила.

– Хоть ты и коварная змеюга и вообще садист гребаный, мне понравилось.

Аэл поставила значки с губами, поцелуем и смайлик с розовыми щеками.

А вдруг он будет плакать, если я не признаюсь в этом. К тому же это правда. И нажала Отправить

Глава 28