Читаем Конец легенды полностью

И вдруг я понял, что меня раздражает: число четыре! Оно в моем списке смотрелось некой «белой вороной». И по системе двоек, троек, пятерок и девяток казалось совсем неуместным… Все из-за него! Надо найти что-то, что виновато в моем бессилии… Недаром у некоторых восточных народов Земли четверка считается числом смерти… опасным числом, как в Европе число тринадцать… Тринадцатый апостол, тринадцатого, в пятницу, были перебиты вожди древнего рыцарского ордена тамплиеров… Тринадцать архимедовых тел… что там еще? Бог Локки — тринадцатый бог скандинавской мифологии, тринадцать Ворот Милосердия каббалы, тринадцатый аркан колоды карт Таро — «Мрачный Жнец», смерть… Да… К чему мне эта шизофреническая математика? Это только в кино главный герой сразу понимает верный намек…

Да! Кстати, объект «Зеркало» имеет индекс «тринадцать»… Тринадцать в сумме дает четверку, а она-то меня, кажется, и взбесила… И что теперь?

Я продолжал тупо глядеть на схему, мною же и нарисованную…

Над числом «54» шло число «15»… И тут я вдруг понял, почему нужна четверка! Или мне кажется… Крест! Крест, одна из подсказок! Крест — это четыре конца, четыре стороны света, четыре ячейки в которые можно поставить цифры кода! Может, это правда?! Все сходится — две нижних комбинации так и выглядят!

Если расставить эти числа по кресту, получается удивительная вещь! Пять плюс четыре — это девять, четыре плюс пять — это опять девять, пять плюс один — это шесть, и один плюс пять — тоже!!!

Значит, сперва дергаем «А» один раз, как на схеме… Пальцы дрожат… Так, потом «Б», сперва пять раз, потом, после щелчка, четыре… Так… А потом пять раз «А»… Может, так?…

Проделав все это, я услышал легкое жужжание, и дверь «А», плавно уйдя в проем, стала открываться!!! Она открывается! За нею рассеянный свет… В лицо ударяет горячий воздух со степным запахом… И…

Пыльная площадь возле здания почты… Пыльная и пустынная… То место, где я оставил свою машину… А вот и она…

Мой «форд-мустанг», перламутровый, цвета морской волны… Он раскорячен, как раздавленный таракан, вокруг искрятся брызги битого стекла. Открытая дверца с выбитым окном лежала, впечатанная в асфальт. Почти примяв машину к земле, на ее крыше красуется огромный буро-красный гранитный валун. Он разплющил мою машину! В отбивную! Как молоток пробку от пива! Демоны Марса! А если бы я там сидел? Откуда вообще в пустыне с неба падают гранитные булыжники размером с хорошую корову?! Да еще и со стопроцентным попаданием по личному автотранспорту? Четко по центру: в десяточку! Бред какой-то!.. Этого не может происходить… Хотя… Нацистские солдаты, русские танки, волшебная гора с разумными глюками, которые умеют управлять человеческими мыслями… Чего мне удивляться-то? И вообще: откуда настоятель Ши Ян достал в этом месте старинный американский автомобиль двадцатого века?

Я почему-то чувствовал сильное нервное напряжение, вызванное раздражающе щекочущей неуверенностью. Я колебался — идти мне в открывшуюся дверь или нет?

С одной стороны, я еще несколько минут назад так психовал и мучился ради того, чтобы понять, как открываются эти двери, и вот дверь открыта, но что-то подсказывает, что ходить туда не стоит. Это то самое место, с которого я начал, замкнутый круг, такой же как змей, кусающий себя за хвост… Может, это намек? Нет — если тебя выкидывает в начало, то, по законам игрового жанра, ты где-то допустил ошибку. Надо попробовать вновь… Да и разбитая машина — намек куда более красноречивый: кто знает, нет ли у них в запасе еще пары булыжников, для того чтобы потренироваться в бросках по мне? Для меня хватит камешка гораздо меньшего, чем этот…

Я продолжал топтаться на пороге, не решаясь переступить его, продолжая лихорадочно размышлять о том, что же мне делать.

Вдруг я вновь услышал негромкое жужжание, и дверь «А» стала медленно закрываться.

В какое-то мгновение я вдруг безумно захотел выскочить на свободу, вспомнив о том, что нахожусь в бетонном мешке, но… щель проема была уже довольно узкой, и я испугался, что дверь меня раздавит.

В это время за дверью послышались глухие удары о пыльный асфальт, глухой стук и шелест — в тонкую щель двери полетели мелкие каменные осколки: по всей вероятности, снаружи начался небольшой камнепад.

Отскочив от стального проема и отряхнувшись от пыли, я, тяжело дыша, принял философскую позу, скрестив руки на груди. Так… Ну что ж… Как всегда в этой жизни бывает, все уже решилось за меня… Ладно.

Вновь тусклая лампа освещала две массивные стальные двери. Я опять склонился над своими расчетами и стал размышлять… Хорошо все-таки, что я не успел выскочить за дверь…

Открывшаяся дверь «А» явно давала понять, что действую я почти правильно, — так, по крайней мере, мне хотелось думать. Что же я сделал не так? А вдруг то, что дверь открылась, — это вообще случайность?

Ладно, не стоит циклиться на грустных мыслях, стоит подумать… Ага…