Читаем Конец игры полностью

Услышав, что дверь, ведущая наверх, захлопнулась, Марсия вытащила из-под рукава список с координатами и села за компьютер. Она работала быстро и уверенно и скоро перепрограммировала все американские ракеты, перенацелив их с Москвы и других городов СССР на Нью-Йорк, Вашингтон. Лос-Анджелес и Чикаго. Программы, управляющие полетом русских ракет, она трогать не стала: они по-прежнему оставались нацеленными на Соединенные Штаты.

* * *

Харолд Смит был готов. Распластавшись за крупным камнем, он ждал, наведя бинокль на вершину плато возвышавшегося над местом предстоящей битвы.

Около полудня одинокая фигура появилась на плато, подошла к краю и, подобно полководцу, обозрела окрестности. Смит вжался в землю, потом украдкой выглянул и увидел, что этот человек сидит в шезлонге на самом краю скалы. Это был Абнер Бьюэлл. Смит по-пластунски пополз к противоположной стороне скалы.

Добравшись до ее подножия, он ощупал лежащий в кармане «Барсгод». Тяжесть оружия дала ему чувство извращенного удовлетворения. Сегодня умрет Римо, а Чиун начнет готовиться к отъезду в Корею, а Харолд Смит вернется в санаторий Фолкрофт и, вероятно, никогда не выйдет оттуда живым, а КЮРЕ, вероятно, прекратит свое существование. Но, благодаря «Барсгоду», Бьюэлл тоже умрет.

А весь остальной мир будет продолжать жить.

Да будет так, подумал Смит.

* * *

Солнце стояло высоко и светило ослепительно-ярко, когда Римо вышел на открытую поляну и приблизился к тщедушной фигурке, облаченной в белое и стоящей неподвижно, как статуя. Когда Римо подошел поближе, Чиун поклонится ему.

Римо не ответил на поклон. Он стоял, как человек, прошагавший тысячу миль, неся на плечах мешок камней. Плечи его были ссутулены, и глубокая складка пролегла между покрасневшими глазами.

— Я не думал, что когда-нибудь дойдет до этого, — негромко произнес он.

Лицо Чиуна ничего не выражало.

— А что такое «это»?

— Не играй со мной словами, па... — Римо осекся на полуслове. Губы его скривились в горькой усмешке. — Папочка, — договорил он и плюнул на землю.

Веки Чиуна дрогнули, но он ничего не сказал.

— Ты пришел затем, чтобы убить меня, — заявил Римо. Голос его не обвинял, в нем звучала только мрачная и скорбная покорность судьбе.

— Мне так было приказано, — произнес Чиун.

— Ах да, контракт, — усмехнулся Римо. — Верно. Деньги для Синанджу. Не забудь про деньги, Чиун. Надеюсь, тебе заплатили вперед. Твои предки никогда тебе не простят, если тебя надуют. Великий бог Синанджу. Деньги.

— Ты жесток, — негромко сказал старик-кореец.

Римо рассмеялся. Смех его прозвучал грубо и резко в полуденном зное.

— Точно, Чиун. Повторяй про себя эту фразу. Когда будешь убивать меня, неотрывно думай о том, насколько я жесток.

— Быть может, я не смогу убить тебя, — заметил Чиун.

— Еще как сможешь. Но я не стану облегчать твою задачу, — ответил Римо. — Я не стану драться.

— Ты будешь стоять покорно, как жертвенный баран? — спросил Чиун.

— Пусть будет баран, если тебе так нравится, но будет по-моему. Тебе придется убить меня там, где я стою.

— Тебе дозволено драться, — сказал Чиун.

— Но мне также дозволено и не драться. Извини, Чиун. Это мне предстоит умереть. Я свободен в выборе способа собственной смерти.

— Не подобает ассассину так вести себя, — заметил Чиун.

— Ассассин! Это ты — ассассин. Чиун — великий ассассин. — Глаза Римо наполнились слезами. — Так вот, я хочу дать тебе что-то такое, что напоминало бы тебе обо мне. Подарок память от сына. Когда ты будешь убивать меня, Чиун, то ты не будешь никаким ассассином. Ты будешь мясником. Вот мой подарок. Унеси его с собой в могилу.

Он разорвал ворот рубашки и поднял подбородок, обнажая горло.

— Ну, вперед, — скомандовал он, не сводя наполненных слезами глаз со старика. — Приступай к работе и покончим с этим.

— Ты мог бы устроить здесь на меня засаду, — произнес Чиун. — Ты мог бы убить меня, когда я сюда прибыл.

— Я этого не сделал, — отозвался Римо.

— Почему ты не хочешь драться со мной?

— Потому что, — ответил Римо.

— Обычный глупый ответ бледного куска свиного уха, — выпалил Чиун. — Что ты хочешь сказать этим своим «потому что»?

— Просто потому что, — упрямо повторил Римо.

— Потому что тебе невыносима мысль, что ты можешь причинить мне боль, — сказал старик.

— Вовсе нет, — заявил Римо.

— Это правда. Ты знал, в чем заключается мое задание. Ты мог бы напасть первым.

Римо в ответ только отвернулся.

— Сын мой, — упавшим голосом сказал Чиун. — Неужели ты не видишь, что другого пути нет?

— Я люблю тебя, папочка, — ответил Римо.

— Да, — согласился Чиун. — И именно потому ты будешь драться со мной. Мы не должны разочаровывать зрителей.

Он выпрямился во весь рост, затем поклонился своему противнику.

На этот раз Римо ответил на поклон.

* * *

Они все говорили и говорили, и раздражение Бьюэлла росло. Хватит болтать, деритесь, посылал он им мысленные команды. Он оттолкнул шезлонг и сел на краю скалы, свесив ноги вниз.