Первоначальная выгода никоим образом не уравновесит ухудшения ситуации в долгосрочной перспективе. Сначала вы заработали какую-то сумму за счет дневной сделки[36], или получения ссуды на невероятно легких условиях, или же сэкономили на том, что нашли, где переночевать во время поездки, или воспользовались скидкой по купону с интернет-сайта, но потом получили уведомление об увольнении или выселении, а ваши накопления сократились наполовину при очередных волнениях на рынке. Может быть, вам нравилось скачивать музыку бесплатно, а потом вы поняли, что не сможете сами стать популярным музыкантом, потому что в музыкальной индустрии почти не осталось рабочих мест, которые обеспечат стабильный источник дохода среднему классу. Может быть, вы были в восторге от супернизких цен в магазине рядом с домом, а потом заметили, что завод, где вы, возможно, работали, закрывается навсегда.

Финансовые серверы-сирены

Мир финансовых серверов и финансовых аналитиков еще более замкнут и скрытен, чем мир бизнес-империй вроде WalMart или Google. Мне также удалось подглядеть и туда, хотя понять, какую часть происходящего я сумел рассмотреть, довольно сложно.

Я пропустил почти весь начальный этап, когда сетевые компьютерные технологии постепенно повысили амбиции финансового сектора относительно его границ. Внедрение в финсектор сетевых технологий началось еще в 80-е, хотя расцвет их пришелся на 90-е, и схемы работы сетей в первое время выходили за пределы человеческой способности к обману в до-цифровую эпоху.

Сетевые технологии были внедрены в финансовый сектор до становления интернета в том виде, в котором мы знаем его сейчас. В разных инфраструктурах применялись разные технические протоколы, но принципы у них были одни и те же.

В число первых, почти забытых шагов финансового сектора на пути к сетевым технологиям входили: «Черный понедельник» в 1987 году (аномалия рынка, вызванная автоматизированными трейдинговыми системами), Long-Term Capital и Enron. Не буду вспоминать эти истории здесь, но с ними лучше ознакомиться, чтобы понять, что предшествовало нынешним глобальным проблемам.

Во всех случаях существовала высокотехнологичная сетевая схема, целью которой было сосредоточить деньги в руках нужных людей, но она же была и источником нестабильности и ущерба для рядовых граждан, в частности налогоплательщиков, из чьего кармана зачастую оплачивалась государственная финансовая помощь.

Кроме того, эти схемы часто были связаны с ослаблением контроля. Возникает резонный вопрос, послужило ли причиной неудач ослабление контроля, или же контроль был ослаблен из-за соблазна выйти из-под него с помощью новых технологий, и финансисты стали направлять больше усилий на политическое влияние.

В любом случае интересно, что ослабление контроля берет начало в обвалах рынка в далеком прошлом, в частности в Великой депрессии. Это не значит, что опасности, появившиеся с внедрением сетевых технологий в финансовый сектор, остались точно такими же, какими они были при его нормальном регулировании. Меня беспокоит, что те, в чьих руках сосредоточен контроль, могут лишь оглядываться назад.

Я знаю некоторых людей, работавших в Long-Term Capital. Мне звонили из Enron, когда компания хотела купить стартап, который в конечном итоге достался Google. В большинстве случаев я ознакомился с финансовыми серверами-сиренами, относившимися, как я полагаю, ко второму и третьему поколению.

Многие из моих друзей-математиков работали финансовыми аналитиками, и они также познакомились с некоторыми очень успешными финансистами, возглавлявшими наиболее обособленные венчурные предприятия. В конце 90-х и в начале 2000-х годов мне довелось посетить разные влиятельные компании и подробно обсудить вопросы статистики и внутренней структуры.

Обычно у них был ничем не примечательный технологический центр в одном из штатов рядом с Нью-Йорком или чуть дальше. Именно там толпа математиков или программистов, в основном недавних выпускников Массачусетского технологического института или Стэнфорда, лениво таращилась в экраны компьютеров, прихлебывая эспрессо.