Читаем Коммунизм полностью

Став президентом, Альенде при распределении постов в своем «Объединенном народном правительстве» поручил руководство экономическими министерствами коммунистам, которые занялись национализацией того, что оставалось от горнодобывающей промышленности, банковской системы и большой части обрабатывающей индустрии. Эти меры принимались на основании указов, в обход законодательной власти. Конфискация медных рудников компаний Анаконда и Кеннекотт оборвала поступление иностранных инвестиций. Советский Союз пришел на помощь, предоставив Альенде займы более чем на полмиллиарда долларов. Другие страны также предложили свою помощь, но она была недостаточна для спасения подорванных чилийских финансов. Для покрытия различных социальных расходов, в том числе прибавок к зарплате, правительство обратилось к печатному станку, так что последовавшая инфляция превзошла все, что имело место при Фрее: за три года правления Альенде количество денег в обращении выросло в пятнадцать раз, и инфляция превысила 300 процентов в год.

Наряду с национализацией предприятий правительство проводило коллективизацию сельского хозяйства. Поставив перед собой эту цель, оно терпимо относилось к самозахватам земли и даже поощряло их. Следствием стало резкое падение производства продуктов питания, так что урожаи пшеницы сократились почти вполовину. Образовалась острая нехватка продовольствия: ко времени падения правительства Альенде страна располагала лишь четырехдневным запасом муки.

Выступлений с протестами становилось все больше. Самое серьезное было организовано владельцами грузовиков — мелкими частными предпринимателями, возражавшими против планов правительства противопоставить им в конкурентной борьбе национальную транспортную компанию. В двух случаях эти стачки с участием до 700 тысяч человек полностью остановили транспортную систему и повергли в бездействие значительную часть экономики страны. В правоверной коммунистической стране такие выступления полагалось бы объявить контрреволюционными заговорами по подсказке ЦРУ и затем с ними расправиться. Но в Чили при Альенде, притом, что правительство контролировало радио и большую часть печати, сохранялась все-таки значительная свобода информации, которую невозможно было подавить без риска вызвать национальное восстание. Оппозиционные партии действовали и критиковали правительство. А главное, существовали конгресс и верховный суд.

В августе 1973 года палата депутатов 81 голосом против 45 вынесла заключение, что Альенде нарушил конституцию, присвоив себе законодательные полномочия, допустив пренебрежение законами страны и создав ограничения для свободы слова. Верховный суд, со своей стороны, осудил Альенде за подчинение судебных органов политическим целям. За отсутствием в чилийской конституции положений об импичменте президента палата обратилась к вооруженным силам с просьбой восстановить действие национальных законов. Восемнадцать дней спустя во исполнение этого мандата чилийские военные во главе с генералом Аугусто Пиночетом силой удалили Альенде с его поста^{7}.Новый режим представлял собой диктатуру, которая жестоко расправилась с побежденными социалистами и коммунистами.

Куба — первое и единственное удержавшееся коммунистическое государство в Латинской Америке — являет собой интересный пример личной диктатуры неимоверно честолюбивого политика, который на шел в коммунистической идеологии оправдание своему честолюбию. «Исторически… кастроизм это лидер, который ищет себе движение, движение, добивающееся власти, и власть, жаждущая обрести свою идеологию»[15].

Вопреки распространенному представлению, до-коммунистическая Куба не была ни отсталой, ни преимущественно аграрной страной. По уровню жизни она занимала второе место в Латинской Америке (уступая только Венесуэле с ее богатством, выросшем на нефти); жители страны в большинстве своем были грамотными и проживали в городах. Неверно также говорить, будто экономика страны держалась на сахаре: сахар, действительно, был главным экспортным товаром, но на его долю приходилась только треть, а то и меньше трети, национального дохода. Иными словами, того, что широко принято считать типичными предпосылками коммунистических революций — бедности и отсталости — не было^{8}.

Коммунисты овладели Кубой на волне восстания, поднятого в основном средним классом против диктатуры Фульхенсио Батисты, который в 1952 году отменил конституцию, им же самим введенную во время его прежнего своего законного пребывания в должности президента (1933-44). Фидель Кастро, сын богатого плантатора и студент Гаванской школы права, поднялся к власти на волне этого недовольства. Настроенный явно в пользу левых, он, сразу надо сказать, никаким коммунистом не был: более того, у него вообще не было никакой идеологии, а только жажда власти. Марксизмом-ленинизмом начинил его аргентинский революционер Че Гевара. Программа Кастро, рассчитанная на объединение вокруг него всех классов общества, делала упор на восстановление конституции 1940 года, что ставилось высшей целью.