Читаем Командир полностью

За полтора месяца я огнем и свинцом прошелся по Америке, и ЦРУ, на первом десятке вычислившее на кого я охочусь, организовало на меня настоящую охоту, которую я обходил играючи, так как знал все их планы. И вот наконец остался последний в иностранном списке, руководитель. Им был некто профессор экономики Майкл Гулинич, который и разработал в действительности план развала и первым толкнул камешек, впоследствии вызвавший лавину.

Разглядывая в бинокль виллу, где под охраной взвода спецназа находился профессор с семьей, я, задумчиво покусывая травинку, разглядывал один из амбаров, где стоял в полной готовности бронетранспортер.

Вызов по рации отвлек меня от наблюдения, взяв рацию одного из убитых бойцов, которые занимали тут позицию дальнего поста наблюдения, вслушался в шум помех.

Была перекличка постов, я ответил так же, как отвечал и до этого, зная все пароли.

Как только я отложил рацию в сторону, то со стороны гор уловил приближение вертолета. Шустро накрывшись специальной накидкой, — на вертолете был тепловизор, — дождался, пока вертолет сделает круг и вернется обратно. Скинул накидку и с подозрением посмотрел вслед вертолету: что-то было не так, слишком быстро он улетел.

«Черт, я же про солдат с поста забыл, они же остыли уже, вот пилот их и не увидел, наверняка дал сигнал, раз так быстро улетел!»

Решение пришло молниеносно, как только я увидел выползающую из амбара тушу бронетранспортера, набитого десантниками.

«Сейчас посмотрим, кто кого!» — подумал я, насмешливо глянув на бронемашину.

Скатившись с холма, где был пост, я замер. В мертвой от наблюдения зоне, как со стороны виллы, так и других постов, на песчано-галечной почве появился Т-62М. Вскочив на башню, я забрался внутрь и, закрыв люк, пролез на место мехвода.

— Сейчас посмотрим, чья возьмет! — смеясь, сказал я вслух, представив лица экипажа вражеской машины, когда они увидят этого монстра.

Двигатель сразу схватился, как только я нажал на кнопку стартера. Двигатель не остыл, так как я требовал демонстрации и проверки при покупке.

Включив вторую передачу, рвя сцепление, выскочил из-за холма и, не обращая внимания на то, что после резкой остановки танк стал покачиваться с носа на корму, шустро перебрался на место наводчика.

Бронетранспортер к тому времени, как я навел на него прицел, уже шустро улепетывал, пыля по дороге и довольно профессионально уходя рваными зигзагами. Экипаж явно принимал участие в боевых действиях. Опытный попался.

Заранее заряженная фугасным снарядом пушка медленно шевельнулась, отслеживая пылящую машину. Как только я понял, что они вот-вот свернут, чуть довернул и нажал на педаль пуска.

Танк содрогнулся от выстрела, а на месте бронемашины уже чадило разорванное месиво из металла. Закинул следующий тяжеленный снаряд, включив систему очистки воздуха, все-таки надымило изрядно. Наведя прицел на то место, где должна была быть комната профессора, снова нажал на спуск. Дав еще четыре выстрела по совету Михася, только тогда, когда он дал отбой, я прекратил стрельбу. Вернувшись на место мехвода за рычаги, я развернул танк и на максимальной скорости попылил в сторону ближайшего холма, где были небольшой лесок и речка, пора было сваливать.

Как только я сунул танк обратно, в стороне послышался звук вертолета, и над верхушками появилась уже знакомая машина.

— Вот разлетались! — возмутился я, доставая Иглу. Ракета, после пуска пройдя в окно между ветками и оставляя дымный выхлоп, устремилась к вертолету. Я с интересом следил за ее полетом и попаданием. Огненный шар в окружении обломков упал на землю, отчего почва заметно содрогнулась.

«Класс, специально бы целился в бак, фиг бы попал, а тут… случайность!»

Что ни говори, меня все-таки ждали, и то, что я уничтожил последнюю цель в Америке, меня не спасало, ловушка захлопнулась.

Я шустро двигал конечностями, стараясь оторваться от погони, и вот наконец впереди в просвете леса заблестела вода, мимо пробегала довольно глубокая и быстрая речушка. Остановившись у кромки воды, я стал быстро раздеваться, убирая маскхалат «за пазуху» и доставая оттуда же гидрокостюм. Вставив в рот загубник и повернув вентиль подачи воздуха, осторожно вошел в воду и, нырнув, поплыл по течению, благо из-за груза, который я догадался надеть, наверх меня не поднимало.

Это был самый запоминающийся день в моей жизни. Под водой я пробыл почти девять часов, меняя только баллоны, из-за чего мне приходилось под прикрытием растущих на берегу деревьев вылезать на берег, удалившись от места, где я вошел в воду, километров примерно на тридцать.

Вынырнул я у самого берега под прикрытием веток и листвы, внимательно осмотревшись, понял, что вертолетов не видно, так как при прошлых всплытиях они во множестве летали над головой.